Голые и смешные: обряды инициации
12+
  вернуться Время чтения: 10 минут   |   Комментариев нет
Сохранить

Голые и смешные: обряды инициации

Кажется, мы стали забывать, что нельзя стать шаманом, воином или просто взрослым, не умерев немножечко.

Читайте также:

logo_imageПро религию

Обряды первобытных обществ — вещь чрезвычайно занимательная. У племён, никогда не общавшихся друг с другом, даже живущих на разных континентах, оказывается невероятно много общего. Особенно хорошо это видно в традиции обрядов посвящения, или инициации.

Первобытные (и не только) человеческие общества всегда были чётко структурированы: есть взрослые, а есть дети; есть мужчины, а есть женщины; есть воины, а есть шаманы. Чтобы человека приняли в новое для него сообщество (например, сообщество взрослых), он и должен был пройти многоступенчатые обряды, включавшие в себя обучение, испытания и членовредительство.

На первый взгляд первобытные инициации могут казаться нам странными, дикими и даже смешными, но за ними скрывается вполне себе прагматическая логика. Какова она?

Ты откуда и куда?

Французский этнограф Арнольд ван Геннеп в начале XX века сформулировал концепцию обрядов перехода. Он показал, что у совершенно разных народов обряды, связанные со сменой статуса или положения, имеют одинаковую структуру. 

При этом инициация — не единственный пример обряда перехода, к ним относятся и обряды, связанные с деторождением, исцелением, разводом или ежегодными «праздничными» церемониями. 

image_image
Ван Геннеп смотрит на тебя как на обряд перехода
(источник: commons.wikimedia.org)
 

На ранних стадиях развития человеческих обществ практически вся жизнь подчинялась сакральному: зачатие или рождение ребёнка, охота или пиршество, смерть — для любых хоть сколько-нибудь значимых событий требовались свои ритуалы и обряды. 

В традиционном сознании жизнь рассматривается не как прямая, а как лестница — в какой-то момент ты ступаешь на следующую ступень (например, возрастную или социальную), после чего какое-то время ты стоишь на ней, прежде чем двинуться дальше.

Каждый такой переход — это жизненная веха, которая должна сопровождаться особыми поступательными действиями. Таким образом, указывает ван Геннеп, обряды перехода имеют троичную структуру:

  • Окончание пребывания в определённом статусе или положении.
  • Переходный период неопределённости, когда прошлый статус уже отброшен, а новый не приобретён.
  • Приобретение нового определённого статуса. 
image_image
«Танец обрезания» от жителей австралийского региона Ладжаману
(источник: ozoutback.com.au)

Второй пункт — самая увлекательная часть обряда перехода. Это состояние ван Геннеп назвал лиминальным (от лат. līmen — порог). Уже не ребёнок, ещё не взрослый. Уже не невеста, ещё не жена — и так далее. 

Человек в состоянии лиминальности не может принадлежать никакой социальной группе, сородичи не могут относиться к нему как прежде — он никто; он теперь чужой, изгой; он больше не принадлежит миру живых.

Этим объясняется обращение с участниками обряда инициации, которое в наших глазах может казаться жестоким, бесчеловечным, безумным. В состоянии лиминальности они действительно не совсем люди, и сородичи должны сделать всё, чтобы обеспечить их переход обратно в определённое человеческое состояние. Испытания и истязания — это символическое перерождение и переоформление лиминального человека, знаменующие итоговый этап обряда.


quote_image

Тело человека рассматривалось как простой кусок дерева, который каждый обтёсывал и прилаживал по своему усмотрению: отрезали то, что выступало, продырявливали перегородки, обрабатывали плоские поверхности, иногда с настоящим разгулом фантазии.

Арнольд ван Геннеп

Ну а теперь, когда мы немножно разобрались в мотивации наших предков, давайте насладимся их разгулами фантазии.

Наблюдения за обрядами других народов люди ведут давно. Поначалу об этом сообщали путешественники и миссионеры. В XIX веке изучение первобытных обществ приобрело профессиональный характер, английские эволюционисты пытались доказать, что принципы развития человеческих обществ универсальны. Хотя большинство первобытных обществ остались лишь в истории, до сих пор есть территории, куда прогресс не добрался, — около ста племён Южной Америки, Африки, Азии и Австралии до сих пор почти не контактируют с остальным человечеством и живут так, как жили их предки. 

Сначала умри, а потом учись жить

Этнографы до мельчайших подробностей записали обряды инициации в тотемических группах, которые есть у многих австралийских племён. 

Сначала неофита забирают из окружения женщин — он больше не дитя, мир матери должен остаться позади. Причём у племен муррингов и вираджури детей прямо похищали на глазах у матерей.

Для неофитов устанавливаются всякого рода запреты — нельзя играть или веселиться, почти ничего нельзя есть, нужно хранить молчание. Им мешают спать, иногда по несколько суток. В этих условиях они остаются так долго, пока не ослабнут. У некоторых племен неофита заставляют лежать в земле — в глазах сородичей он в этот момент мёртв (лиминальность часто трактуется в обряде как временная смерть).

image_image
Неофиты одного из австралийских племён — измазанные белым, они должны оставаться в таком положении целую ночь. Зато старшие покажут им свои секретные танцы
(источник: ozoutback.com.au)

После этого неофитам рассказывают тайные мифы племени и учат жить по-новому — так, как взрослые. Затем наступает время финальной церемонии. 

Неофита буквально переделывают во взрослого — с помощью членовредительства. В зависимости от племени, ему, например, вырывают передний зуб или волосы, надрезают кожу на спине, глубоко рассекают пенис вдоль мочеиспускательного канала. 

Также  зафиксировано, как неофитам устраивали испытания — например, заставляли залезать на дерево, символизирующее космическую ось. 

К слову, не всегда неофиты были именно детьми: если у некоторых племён посвящение может происходить в десять лет, то у других — в 30.

Дважды младенцы

У племён Гвинейского побережья и африканских конго издавна существовали тайные общества — их члены могли свободно пересекать границы племенных территорий. К посвящению в подобное общество допускаются лишь избранные, и церемония может быть очень долгой — от пары месяцев до нескольких лет!

image_image
Этим мальчики — участники церемонии инициации в Киншасе, столице Конго
(источник: ngm.nationalgeographic.com)

Обряд вновь начинается с того, что неофитов уводят прочь — в лес. Им нельзя разговаривать с соплеменниками, только жрец-колдун говорит им, что делать, чего нельзя есть — как обычно, для лиминального человека устанавливаются определённые табу.

Затем начинаются истязания: бичевание, обрезание или, например, отравление пальмовым вином, от которого человек впадает в беспамятство.


На протяжении всего церемониального срока обращаемые должны ходить голыми — символически они мёртвы.

Прежнюю одежду посвящённых сжигают. Последней стадией обряда становится серия ритуалов, обозначавших возвращение в общество в новом статусе. Неофиты делают вид, что не могут ходить и питаться, ведут себя как младенцы, заново учатся элементарным правилам. Есть племена, в которых это могло продолжаться вплоть до нескольких месяцев.

Настоящему мужчине — женское платье

Иницация может проводиться, чтобы обозначить переход человека не только в новую группу, но и в новый возрастной класс. Вот, к примеру, как проходит подобный обряд у африканского племени масаев. 

image_image
Люди из племени масаев исполняют традиционный «прыгучий» танец
(источник: commons.wikimedia.org)

Чтобы ребёнок был допущен к инициации, должны быть исполнены некоторые условия. Например, его отец должен пройти церемонию «перехода через изгородь» — чтобы обрести статус «старика» и «отца своего ребёнка». Кроме того, церемонию нужно оплатить — поэтому у детей богатых членов племени инициация проходит рано, в возрасте около 12 лет, а у бедных — в 16.

 

Над всеми, кто допущен для обряда (он проводится раз в несколько лет), совершается обрезание, и их объединяют в возрастной класс. Но для начала требуется долгая подготовка.

Мальчиков обмазывают белой глиной, несколько месяцев между ними регулярно проводятся соревнования по бегу (племя кочевое, так что это один из важнейших навыков). Затем неофитов обривают налысо, каждый из них срубает дерево, предварительно посаженное перед его хижиной. Весь следующий день они должны провести в холодном месте, мыться холодной водой. 

Наконец, когда их чувствительность притупляется, совершается обрезание. Отняв крайнюю плоть, исполнитель обряда кладёт на постель мальчика кожу жертвенного быка, пропитанную кровью. Четыре дня неофит должен оставаться в полной изоляции (вновь мы видим промежуточную смерть).

image_image
Юные масаи вскоре после обрезания
(источник: wang-hong.com)

Через четыре дня мальчиков одевают в женские платья, обмазывают белой глиной лица, и они, несмотря на слабость, в этом обличии выходят дразнить девушек. После того, как дети восстанавливают силы от ритуалов, их снова обривают налысо. И только когда их волосы станут достаточно длинными, чтобы заплести в косички, инициация считается завершённой — они становятся воинами.

У девочек возрастная инициация тоже есть, хотя обряд проводится гораздо проще. Сначала совершается жертвоприношение быка или барана, затем девочкам проводится обрезание (в случае девочек это более опасная для здоровья калечащая операция), девочек украшают, а после выздоровления выдают замуж.

Вечно молодой, вечно лиминальный

Кто-то из читателей, может быть, подумал, что всё это африканские и австралийские игры, а у нас, белых европейцев, ничего такого не было? Вовсе нет. Обряды аналогичной структуры и с аналогичными смыслами были и в античности, и у древних славян, и у каких-нибудь американских индейцев, у остаются у мало контактирующих с миром племён. 

Вот очевидные примеры более поздних и потому упрощённых религиозных инициаций: обрезание у мусульман или иудеев, крещение у христиан (символически ребёнка именно что топят, а затем вытаскивают обратно в жизнь).

image_image
Иудейский обряд брит мила
(источник: en.wikipedia.org)

Конечно, чем дальше развивается общество, тем меньше пространства остаётся у сакрального, а религиозное поведение всё чаще оказывается лицемерием — мы так делаем, даже если не особо уже в это верим.

Но светская культура подарила нам немало новых инициаций. Обряды посвящения есть в армии и тюрьме, школе и вузе, в спортивных командах, а часто и просто в новом рабочем коллективе. До сих пор востребованы пышные и детально продуманные свадьбы. Форма обряда изменилась, но содержание осталось.

Мы во многом всё ещё мыслим этапами и ступаем по лестнице времени, а не по прямой. Поэтому и продолжаем отмечать начало нового года или дни рождения.

К счастью, испытаний или истязаний в наших обрядах стало меньше. Хотя они остались: для многих высидеть вечер в кругу родственников или не психануть на защите диплома — тоже вполне себе испытание.

Ещё одной чертой времени является переосмысление понятия лиминальности. С разрушением сильных социальных и профессиональных связей всё больше появляется тех, кто чувствует себя в положении постоянной неопределенности, — вечные студенты, люди без устойчивого круга общения и просто те, кто всюду ощущает себя не в своей тарелке. 

Чем меньше в жизни регламентаций, тем яснее становится, что лиминальность — это и есть реальное положение современного человека, а гонка за социальным статусом — вынужденное спасение от неё.


Нашли опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter.

статьи по теме

Google Maps: интерактивное путешествие к наследию Древнего Египта

А в прежние-то времена: Древний Восток и педагогика не для всех

Поддержите новое этнографическое кино о России