Реформы Ушинского: рецепты по модернизации из XIX века

Педагогические идеи и преобразования Ушинского, о которых не будет лишним вспомнить и сегодня.

Время чтения: 8 минут
Реформы Ушинского: рецепты по модернизации из XIX века

В начале 60-х памятник Ушинскому поставили у входа в Педагогический институт имени А.И. Герцена в Петербурге. Так было решено почтить вклад в народное образование, которое внёс Ушинский, настаивавший на том, что общественность должна иметь доступ к управлению учебными делами.

Об Ушинском вспоминают и сегодня, перекатывая на языке слова «модернизация» и «инновации», которые приелись ещё до того, как приобрели чёткое значение. Возможно, в очередной раз раздумывая о том, как модернизировать школу, имеет смысл обратиться к опыту 1860-х годов, когда консервативная образовательная среда получила встряску.

Что же конкретно сделал Ушинский и почему его так уважают теоретики педагогики?
 

Источник: Wikipedia

Путь неравнодушия и конфликтов

Константин Ушинский закончил юридический факультет Московского университета и получил кандидатскую степень по юриспруденции, однако основной сферой интересов избрал педагогику. Какое-то время он побыл профессором кафедры законоведения, государственного права и науки финансов в Ярославле, но оттуда его вскоре уволили из-за разногласий с руководством. Примерно такая же история приключилась и в Смольном инстиуте — Ушинский разошёлся во взглядах с начальницей заведения и покинул должность инспектора классов.

К существовавшему образованию Ушинский имел много претензий, которые не стеснялся высказывать.

«Деятельность Ушинского пришлась настолько не по душе нашему начальству, что оно мало скрывало это даже от нас, грубо порицая его нововведения, вкривь и вкось перетолковывая его слова, осуждая всех новых учителей и презрительно подсмеиваясь над ними», — пишет Е.Н. Водовозова, которая была воспитанницей Смольного института в то время, когда Ушинский менял принципы обучения.

Тем не менее, ему удалось существенно улучшить качество преподавания и в Смольном, и в Гатчинском сиротском институте, где он тоже провёл значительные реформы. Бурная активность Ушинского привела к тому, что его отстранили от работы в российских учебных заведениях, отправив за границу под предлогом поправки здоровья и изучения школьного дела. Он в самом деле начал активно изучать педагогику в Швейцарии, Германии, Франци, Бельгии и Италии, чтобы вернуться на родину в качестве видного общественного деятеля.

Словом, в работе Ушинский не боялся заявлять о своих взглядах и вступать в конфронтацию. Он был нетерпим к равнодушию, застою, попустительству и всему, что обычно выражают фразой «и так сойдёт».

В центре педагогики — личность

Нововведения Ушинского в институтах базировались на теоретической базе, которую он сформировал во время собственного обучения. Педагогами он ценится в первую очередь как мыслитель, который предпринял усилия, чтобы превратить сборник бытовых противоречивых представлений о воспитании юношества в полноценную дисциплину со своей методологией.

Его заслуга области фундаментальной науки — в основании отечественной научной педагогики.

Самым ценным в процессе обучения Ушинский считал самостоятельную деятельность ребёнка, ведь только личная инициатива, собственные действия и оценка результатов позволяют по-настоящему понять, как идут те или иные процессы. Гимназический учитель или классная дама, скороговоркой начитывающие что-то по книге, не завладеют вниманием детей, поскольку в их действиях нет ничего, что обращалось бы к личности учащегося.

Лучше не говорить ребёнку той или другой высокой истины, которой не выносит окружающая его жизнь, чем приучать его видеть в этой истине фразу, годную только для урока.

— К.Д. Ушинский

По мнению Ушинского, педагогика не должна существовать в вакууме. Ей следует обогащаться опытом других наук, используя принципы и знания из психологии, физиологии и философии. Таким образом, процесс обучения — это антропологические штудии и практическое исследование принципов формирования человеческой личности.

Ушинский много изучал начальную и женскую педагогику, составлял хрестоматии и книги для классного чтения, писал научные статьи («О пользе педагогической литературы», «О народности в общественном воспитании», «Труд в его психическом и воспитательном значении»). Но главный его труд — работа с говорящим названием «Человек как предмет воспитания. Опыт педагогической антропологии».

 

Новые учителя для благородных девиц

Отдельно нужно отметить то, как Ушинский повлиял на развитие женского образования. Он помог огромному количеству девушек, которые прежде помышляли только о замужестве после окончания института, ощутить интерес к чтению, устройству общества и природы, работе и общественной деятельности.

Его не устраивало, что девушек учат, в основном, танцам, рукоделию и музицированию, а «серёзные» предметы преподаются кое-как. Педагогический состав института поменялся, были приглашены более сильные и самобытные преподаватели, которые разделяли взгляды Ушинского на образование.

За эти полтора года, проведенные нами в институте после реформы Ушинского, мечты и стремления институток совершенно изменились. Никто из нас не мечтал более о балах, о выездах, об эффекте, произведенном роскошью туалета и легкостью танца, — теперь все хотели работать, все мечтали о серьезных занятиях, даже девушки, совершенно обеспеченные в материальном отношении.

— Е.Н. Водовозова«К.Д. Ушинский и В.И. Водовозов. Из воспоминаний институтки»

С подачи Ушинского В. И. Водовозов, читавший смолянкам литературу, ввёл практику, которой прежде не было в институте — между занятиями и во время прогулок по саду начал беседовать с девушками об интересных вещах не из программы. Так смолянки впервые узнали названия литературных журналов и имена Добролюбова, Некрасова, Островского и Тургенева. В 1860-х все эти писатели были представителями современной литературы, а её изучение институтская программа не предполагала.

Новый учитель литературы, приглашённый Ушинским, действительно интересовался тем, что ученицы думают и чувствуют.

Однажды одно из сочинений, попавшее в руки классных дам, показалось им интимным письмом учителю. В сочинении девушка лишь описывала свои переживания от прочитанных книг. В частности, там говорилось о том, что Печорин и Онегин, оставаясь антигероями, обладают тёмным обаянием, противиться которому трудно.

Я чувствую, я вполне уверена, если бы я встретилась с личностью вроде Онегина, и тем более Печорина, я с наслаждением записалась бы в число его жертв, лишь бы только он, хотя на одну минуту, остановил на мне свое внимание. (...) Прошу Вас, добрый, хороший Василий Иванович, составить мне программу на целый год, имея в виду 12 часов в день работы в продолжение шести дней, воскресенье же я буду проводить в Вашей школе и только вечером посещать подруг, которых очень люблю. Для моей пошленькой натуры необходим целый день тяжелого труда, иначе я совсем погибну.

— Е.Н. Водовозова"К.Д.Ушинский и В.И. Водовозов. Из воспоминаний институтки"

Искренний и экзальтированный (что вполне естественно для девушки, которая погрузилась в литературные грёзы) тон письма показался классным дамам непристойным. Они стали подозревать смолянок в вещах, которые тем и в голову не приходили, а именно в романах с новыми преподавателями, которых набрал Ушинский.

Между тем, открытое обсуждение эмоций, которые вызывают байронические герои, шло ученицам на пользу куда больше, чем сухие и выхолощенные фразы учебников. Водовозов говорил, что полезные продуктивные занятия служат хорошим противоядием от сентиментальных фантазий (такой совет вполне подошёл бы и современным школьницам, увлечённым очередной «Сумеречной сагой»).

Елизавета Водовозова (в девичестве Цевловская), которая приводит эту историю в своих воспоминаниях, после окончания института вышла за своего прежнего учителя литературы замуж, а также стала писательницей и педагогом.

Урок игры на арфе в Смольном институте. Фото Карла Буллы.

Источник: Wikimedia Commons

Образование — каждому

«Дружественный тон, которым автор «Родного слова» говорил с учителями, мягкость обращения и простота быстро привлекали к нему всех. Он смотрел на каждого учителя, как на равного себе товарища, и скромно, терпеливо, с непритворным уважением слушал всякое замечание и возражение…» — такое впечатление об Ушинском составил учитель Симферопольской казённой мужской гимназии И. П. Деркачев (Ушинский ездил по учебным заведениям с лекциями).

Другие мемуаристы отмечают, что он был человеком требовательным и надменным. К тем, кто проявлял неприятные ему качества, он мог быть строг и презрителен.

В то же время, в образовании Ушинский был сторонником гуманизма, полагая, что главное в обучении — не предмет, а человек.

Ценным в преобразованиях Ушинского было то, что ему удалось демократизировать порядки в учебных заведениях и обосновать необходимость этого в педагогических трудах. Прежде учащихся делили на «благородных» и «неблагородных» (мещан). Его реформы не только поспособствовали тому, что значительное количество девушек стало самостоятельно мыслить и интересоваться науками, но послужили упразднению сословных предрассудков.

Источники, которые советуем почитать:

  • К.Д. Ушинский, «Человек как предмет воспитания. Опыт педагогической антропологии»
  • Е. Н. Водовозова, «На заре жизни»
Нашли опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter.
25 октября 2016, 20:00

Оставайтесь в курсе


У вас есть интересная новость или материал из сферы образования или популярной науки?
Расскажите нам!
Присылайте материалы на hello@newtonew.com
--