Мир на ощупь

Не бойтесь баловать своих детей

Когда они вырастут, будет уже поздно. Рассказываем историю молодой счастливой мамы и гида в проекте «Мир на ощупь».

Время чтения: 6 минут
Не бойтесь баловать своих детей
 
Евгений Шварц
из «Снежной королевы»

Детей надо баловать — тогда из них вырастают настоящие разбойники.

Посетители нашего пространства «Мир на ощупь» задают очень много вопросов гидам, и не только о бытовых моментах — как передвигаются по городу, одеваются, обращаются с деньгами. Главное, что интересует наших гостей — как человек потерял зрение, что чувствовал, когда осознал это, как пережил этот момент. У тех, кто не видит с детства, спрашивают, как они представляют окружающий мир.  о его представлениях о том, что вокруг. Публикуем рассказ нашего проводника Галины, где есть ответы на многие такие вопросы.

Зрение Галины не позволяет видеть, как растёт её дочь, но её история вселяет уверенность: у сердца тоже есть глаза.


Меня зовут Галина и мне 31 год. Я самая счастливая женщина на свете, потому что у меня есть любимые, самые заботливые и любящие дочка и муж.

 
Галина
 

В нашей семье проблемы со зрением есть только у меня. Я расскажу немного о себе, опишу некоторые эпизоды моей жизни, которые заставили меня задуматься над очень важным теперь для меня вопросом. Хотела бы моя дочь, чтобы её мама хорошо видела? Переживает ли об этом?

Я родилась здоровым ребенком и моё детство, наверное, ничем не отличалось от вашего: катание на коньках, крыши, чердаки, вниз с горки на картонке... Нас с сестрой родители всегда баловали, за что мы им очень благодарны. Росла я довольно общительной, гордой, упрямой, вечно борющейся за справедливость девочкой. От вечного стремления доказать свою правоту частенько страдала — гордость или глупость не позволяли мне признать собственные ошибки, хотя в более взрослом возрасте такое упорство стало даже плюсом.

Беспечное детство длилось до девяти лет, пока по случайности я не получила травму глаза. Травма принесла бесконечные операции и резкое взросление. Училась я в обычной общеобразовательной школе. В 12 лет от нагрузок правый глаз стал терять остроту зрения. Нашлись врачи, которые обещали помочь. Но после многообещающей операции я ослепла. Родители возили меня в Москву, обращались в клиники за рубежом, но никто не хотел рисковать и брать на себя ответственность за столь сложный случай.

Школу никто не отменял, я должна была переходить в пятый класс. В своей любимой школе я учиться уже не могла. Мама предложила посмотреть, как учатся дети в школах для слепых, и мы поехали. Помню, как стояла в коридоре, пока мама беседовала с директором. По звонку я поняла, что началась перемена, и решила прогуляться.

Шла по тёмному коридору и думала: неужели здесь никому не нужен свет? Никто не пинал портфели, не бегал, все ходили тихонько вдоль серых стеночек в полной тишине. Тогда я разрыдалась и выбежала из здания. На улице я точно решила, что больше сюда не вернусь.

Следующим утром меня ждали хорошие новости: мои мудрые родители перевели меня на домашнее обучение в моей школе с возможностью посещать уроки. Каждый день я ходила в школу сама, не позволяя родителям меня повожать. Ходила без трости, натыкалась на все деревья по дороге. Зато я точно знала, сколько их по пути в школу!

Пятый класс остался позади. Летом родители познакомили меня с новым врачом, который до сих пор со мной. Великолепный хирург с золотыми руками и просто великолепный человек — Науменко Владимир Васильевич. Он согласился прооперировать меня. Через три месяца я увидела лицо своего спасителя. Одному моему глазу вернулось зрение.

Хулиганила, угоняла у родителей машины. Мама ругалась, папа «давал пять». До одиннадцатого класса пережила около 25 операций. Помню, сидели с родителями в ресторане, и я сказала, что с такой наследственностью не буду выходить замуж и уж точно не стану матерью. Помню их слёзы в тот вечер.

После окончания школы я поступила в северо-западную академию государственной службы факультета ГиМУ, мечтала о престижной работе, как многие молодые люди. В восемнадцать лет я познакомилась с юношей. Через три месяца после знакомства он сделал мне предложение. Потом ещё раз. Потом ещё. Каждый раз я отказывалась и никак не объясняла свой отказ — мне просто не хватало духу рассказать о своих проблемах со зрением. Когда он выведал у моей подруги правду о моём здоровье, я решила с ним расстаться; мне казалось, это будет справедливым по отношению к молодому здоровому парню. Молодой здоровый парень был настойчив и спустя три года снова предложил выйти замуж, обещая стать моим помощником во всём. Тогда, глядя ему в глаза, я уже не смогла отказать.  

Через три года после свадьбы у нас родилась Аришка. Меня предупреждали, что естественные роды могут негативно сказаться на моём зрении. Так и случилось: через полтора года после рождения дочки у меня вновь стало падать зрение, и становится хуже до сих пор.  

Я успела посмотреть мир, попутешествовать, запомнить своих родных, увидеть глаза собственного ребёнка. Это дорогого стоит. Мне кажется, я отчётливо вижу, как она растёт.

 

 

Когда Аришке было два с половиной года, на прогулке она, играя, спряталась от меня. Это были самые долгие пять минут в моей жизни. Я нашла её в кустах и крепко прижала к себе, боясь отпустить.

Когда Арише было четыре, они с папой впервые отправились в 3D-кинотеатр. Вернулась она счастливая и возбуждённая. Посадила меня на диван и попросила закрыть глаза. Я услышала, что она включила серию «Простоквашино». «Мамочка, ты сейчас будешь видеть!» — воскликнула Аришка и натянула мне на глаза 3D-очки. Как же мне не хотелось огорчать и разочаровывать малышку! Я хорошо помнила героев этого мультика, поэтому начала весело и уверенно их описывать. Ариша была счастлива. В этих очках я проходила два дня. Пока шутка не зашла слишком далеко, нужно было рассказать дочери правду. Я сказала, что мне хотелось сделать ей приятно в ответ, и она всё поняла.

Помню, как мы идём по улице с семилетней племянницей и пятилетней дочкой. Вдруг какая-то суматоха, меня кто-то толкнул. Девочки не стали мне говорить, что случилось. Вместо этого они меня обняли и сказали, что мне очень повезло. «Почему?» — поинтересовалась я. «Потому что ты не видишь зла», — ответили дети. Я не задумываясь ответила, что я его чувствую.

Сейчас моё зрение составляет около пяти процентов. В этом году Ариша пошла в первый класс. Конечно, никакой слух, обоняние, осязание и даже шестое чувство не смогут помочь выполнить домашнее задание вместе с дочерью. Когда я её за что-то сейчас ругаю, она может скорчить мордочку или даже показать мне язык, но я её быстро останавливаю, сделав ей замечание. Она всегда спрашивает: «Мама, откуда ты знаешь? Ты же не видишь!» Я отвечаю, что маму обмануть невозможно.

Меня зовут Галина, мне 31 год. Теперь вы знаете, почему я самая счастливая женщина на свете. Но ответа на свой главный вопрос — хотела бы моя дочь, чтобы её мама хорошо видела? — у меня до сих пор нет. Я задам эти вопросы ей, когда она вырастет.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.

Нашли опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter.
8 февраля 2016, 15:00

Оставайтесь в курсе


У вас есть интересная новость или материал из сферы образования или популярной науки?
Расскажите нам!
Присылайте материалы на hello@newtonew.com
--