Борис Ярмахов

«Код учёный»: пушкинская кругосветка

В Пушкиногорье в конце августа проходил удивительный педагогический эксперимент — «Код учёный—2015». Открываем цикл статей о том, как тестируется концепция мобильного образования.

Время чтения: 12 минут
«Код учёный»: пушкинская кругосветка

В первой статье поговорим об образовательной ценности формата летнего лагеря и о том, как здорово связать технологии с настоящей жизнью и литературой.

Любой безопасный и осмысленный выход за стены школы — это событие огромного образовательного потенциала. Один поход, в котором школьники живут в палатках, готовят себе еду на костре или плывут по реке на байдарках, даст больше для способности школьника принимать нестандартные решения, работать в команде и эффективно действовать в экстремальных ситуациях, чем все учебники по ОБЖ, вместе взятые. Поэтому, изучая потенциал мобильных технологий в образовании, мы выбрали формат летнего лагеря.


Почему лагерь?

Летние лагеря в движении к информатизации образования играют особую роль. Лагерь представляет собой естественное пространство свободы, в котором можно не бояться пробовать достаточно инновационные вещи. В лагере над учителем не висит необходимость немедленно показывать результат, демонстрировать кому-то пошаговое следование каким-либо программам. Здесь мы, учителя, имеем возможность действовать сообразно смыслу, а не ритуалу. В лагере мы действуем в соответствии с педагогической событийностью, с которой в нашей педагогической литературе связывается блестящая метафора Селестена Френе «Череп крысы». Педагогическая событийность — это нечто большее, чем просто педагогический прием. Это право учителя действовать не так, как того требует внешний регулятор, а так, как этого требует его собственное понимание смысла происходящего.

Зачем лагерю, посвящённому информационным технологиям, эта педагогическая событийность? Дело в том, что и то, и другое связано с поиском переднего края того, что сейчас происходит в педагогике. Может быть, информационные технологии и не станут тем рычагом, который позволит трансформировать современное образование (эту точку зрения в девяностых годах озвучил Ларри Кьюбан в статье «Школа встречается с компьютером и побеждает его»). Дело здесь в другом. Учитель сегодня обязательно должен принимать в расчёт то, что информационные технологии стали сейчас частью образовательного пространства ребенка. Смартфон, лежащий в кармане школьника, успешно конкурирует с учебником как источник — не только информации, но и впечатлений, опыта общения, опыта научения. Если учитель этого не поймёт и не научится на это реагировать, смартфон переиграет и его.

Так вот, жизнь в лагере «Код учёный» такую событийность нам подкидывала сплошь и рядом, и мы были к этому готовы. Вот простой пример.

Во время нашего похода в Михайловское мы обратили внимание на молодую женщину, пересаживающую дёрн на клумбе. Разговорились. Оказалось, что она является не сотрудником заповедника, а «доброхотом». Движение доброхотов было в восьмидесятых годах создано директором музея С. С. Гейченко и сохранилось и поныне. Доброхоты — это добровольцы, которые приезжают в музей-заповедник на несколько дней, живут на территории в палатках и работают над благоустройством заповедника. Это самые обычные городские жители, которые, тем не менее, выкраивают во время своего отпуска несколько дней, чтобы приехать сюда.

Про доброхотов мы раньше не знали. Но событие такой встречи упускать было невозможно. Поэтому в последний день, совершив переход по ночному лесу, мы с нашими школьниками пришли к ним в лагерь. Пели песни, разговаривали, проникались доброхотским образом жизни и доброхотскими ценностями. Сколько лекций о пользе волонтёрского движения заменил нам этот поход? Остаётся только догадываться.


Место имеет значение

Пушкиногорье и раньше становилось местом проведения лагерей, в которых тестировались инновационные педагогические концепции (описанные, например в цикле публикаций Людмилы Рождественской «Гений места»). Количество мест такой масштабности и многослойности всё-таки ограничено. Пушкиногорье — это многослойное место. Есть скурпулёзно воссозданный мир пушкинского быта, насыщенного памятью о людях, живших здесь двести лет назад. Есть удивительный, придуманный, но так же тщательно сконструированный мир пушкинских произведений. Аллея Татьяны. Скамья Онегина. «Тот самый дуб» — ничего этого современники Пушкина не знали. Всё это было придумано после них. И всё это образует целостный и самостоятельный слой, понятный только в контексте творчества Пушкина.

Здесь образуется целостный и самостоятельный слой, понятный только в контексте творчества Пушкина — тот самый дуб, та самая скамья...

 

Пушкиногорье является местом огромного образовательного потенциала. Если творчество Пушкина — это квинтэссенция русского языка, то для проникновения в него лучше, чем Пушкинские горы, места не найти. В своё время академик Д.С.Лихачев очень убедительно доказывал, что гораздо важнее уметь читать медленно, проникая в смысл прочитанного, глубоко анализируя содержание текста и постоянно задавая себе вопросы. Если у читателя сформируется такая способность восприятия текста, то ему захочется читать все остальное. У него возникнет вкус к чтению.

Видимо, именно такая многослойность пространства и создает образовательные возможности «Обучения вне стен классной комнаты». Речка, на которую мы отправляемся с классом в поход, может казаться самой обыденной, но взгляд профессионального географа, биолога или краеведа, вычленит в привычных вещах то интересное и уникальное, что лежит в основе содержания образования.


Школы и команды

В лагере участвовали школьники и учителя из четырёх школ — московской № 777, таллинской центральной русской гимназии, тямшанской гимназии и пушкиногорской школы-интерната. В лагере мы объединили школьников в шесть команд (названных по персонажам пушкинских произведений), и в каждую команду попали представители всех четырех школ. Так полностью нарушился классно-урочный принцип объединения детей при обучении по возрасту. В командах оказались собраны дети от двенадцати до семнадцати лет. Пошли мы на это вполне осознанно, и ни разу об этом не пожалели.


Декомпозиция учебного объекта

В учебном процессе лагеря очень большую роль сыграли заранее подготовленные нашими преподавателями маршрутные листы.

Педагогический сюжет был таков. Все участники лагеря делятся на шесть команд. В начале каждого дня команда получает маршрутный лист со своим уникальным маршрутам по одному из музеев-усадьб, образующих Пушкинский заповедник (Бугрово, Михайловское, Петровское, Тригорское). Задача команды — пройти по маршруту и ответить на вопросы заданий, которые могут как иметь конкретный и однозначный ответ, так и носить открытый, творческий характер. Маршрутный лист, таким образом, служит одновременно двум целям — с одной стороны, позволяет вскрыть смысловой пласт пространства, в котором находится команда, и, с другой стороны, мотивирует её участников на сбор информации, которая будет использоваться в итоговом продукте.

На этапе подготовки к лагерю разработка маршрутных листов казалась нам задачей достаточно технической (читаем про объект — находим в нём нужное содержание — закладываем это в маршрутный лист), однако на практике всё оказалось значительно сложнее. На мой взгляд, здесь мы вплотную подошли к теме, которую можно обозначить как «декомпозиция учебного объекта».

От маршрутного листа через карточку учебного объекта и привязанный к ней геослой — к самому учебному объекту.

 

В школе любой учебный объект виден сквозь профессиональную призму учителя-предметника. Математик видит в пирамиде стереометрическую фигуру с конкретной площадью поверхности и объемом, историк — модель Пирамиды Хеопса, имеющей возраст и исторический «хвост» связанных с ней событий. Эти взгляд — историка и математика, русиста и географа, биолога и учителя иностранного языка — находятся в состоянии глубокой эвклидовой параллельности. В голове школьника соединиться в единую картину им никогда не придётся. К счастью, в нашем лагере мы от такого несхождения параллельных прямых были защищены.

Любой учебный объект, будь то собрание сочинений А.С.Пушкина или какая-нибудь несчастная пушечка-мортирка во дворе усадьбы Михайловское, по определению может иметь любое количество смысловых измерений. И — что ещё более важно — предполагать любое сочетание источников, которые позволяют этот объект включить в свое информационное поле. Получается такая «координатная ось». На одном полюсе — творческие задания, для выполнения которых нужна только собственная голова и товарищ по команде. На другом полюсе — задания, для выполнения которых нужен «внешний разум» в лице экскурсовода или интернет-источников.


Создаем Электронного Экскурсовода

Уже по ходу работы Лагеря мобильных технологий у нас возникло несколько тем, породивших среди преподавательской части нашего коллектива достаточно оживленные дискуссии. И первым обсуждение вызвал вопрос: нужны ли нам экскурсоводы?

Маршрутный лист, с которым ребёнок ходит по музею, сам по себе является путеводителем. Доступный интернет позволяет найти ответы на интересующие вопросы. В чём же тогда роль экскурсовода? Ответ на этот вопрос не такой простой, как кажется.

Именно благодаря мобильным технологиям роль экскурсовода существенно меняется и уж во всяком случае представление об экскурсоводе как о ходящем магнитофоне постепенно стирается. В самом деле, кому интересно ходить за человеком, который десяток лет воспроизводит один и тот же вызубренный текст? Чему такой человек может научить?

Именно этому и была посвящена содержательная часть работы нашего лагеря. Мы исходили из того, что восприятие школьником культурного пласта, связанного с жизнью и творчеством А.С.Пушкина в Михайловском будет гораздо более активным, если им придётся не просто ходить по экскурсиям, а собирать информацию и самим создавать информационный продукт.

 

 

Технологию, которую мы реализовывали в Пушкинском заповеднике, мы стали называть «Электронным экскурсоводом». Наш Электронный Экскурсовод состоит из двух модулей — информирующего и интерактивного. То есть он умеет интересно рассказывать о том, с чем встречается посетитель музея-заповедника, а заодно предлагает ему сыграть в увлекательную интерактивную игру, чтобы проверить свои знания о жизни и творчестве А. С. Пушкина.

Технически это выглядело следующим образом. На мобильных устройствах учащихся мы установили приложение для просмотра слоев дополненной реальности Layar. Приложение это представляет собой браузер, который умеет читать «геослои» — наборы точек, привязанных к геокоординатам на местности. Для привязки к местности Layar использует данные, получаемые с GPS-приемника, акселерометра и электронного компаса. Для определения координат местонахождения пользователя программное обеспечение смартфона считывает показатели GPS-приемника, для вычисления угла наблюдения используется акселерометр, а для определения направления взгляда — компас. Геоданные сравниваются с содержимым соответствующих интернет-служб и сводятся воедино на экране смартфона.

Так выглядит один из экранов приложения Layar.

Сквозь Layar мы видим окружающую нас местность так же, как если бы мы смотрели на неё через видоискатель камеры смартфона, с тем лишь дополнением, что когда Layar находит на местности координату, к которой привязана точка геослоя, он показывает нам эту точку и предлагает перейти по ссылке к той информации, которая к ней привязана. Это может быть текстовое описание, фотография, аудио или видео запись.

Чем это отличается от технологии QR-кодирования? QR-код мы так или иначе должны закрепить на объекте, а чтобы его обнаружить, нужно подойти к этому объекту вплотную. Точки же дополненной реальности читаются браузером Layar в радиусе пяти километров. К тому же точки, собранные в геослой, создают более или менее законченную картину по интересующей нас теме.

В Пушкиногорье мы выбрали следующую модель применения технологии дополненной реальности:

  • Дети исследуют объекты на местности с помощью разработанных преподавателями маршрутных листов;
  • Работая в командах, они создают описания на специально созданном для этого сайте;
  • Участники лагеря разрабатывают аудио- и видеоматериалы об этих объектах и размещают их на «карточке объекта»;
  • Команды создают с помощью сервиса LayCreator точки для слоя Layar «Пушкиногорье» и заполняют «карточку объекта»;
  • На занятии по App Inentor команды разрабатывают интерактивные приложения для этих точек;
  • После этого проводится итоговая экскурсия, в ходе которой команды проходят по маршрутам, используя Электронных Экскурсоводов, созданных другими командами.
 

 

Разработанная в Пушкиногорье методика оказалась доступной для учащихся 7-8, не говоря уже о более старших классах. Она может быть реализована не только на территории музея, но и в любом другом пространстве, подходящим под концепцию «Обучения вне стен классной комнаты».

В лагере «Код учёный» происходило ещё много интересного, и мы об этом обязательно расскажем в следующих выпусках. До новых встреч!

Нашли опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter.
13 октября 2015, 17:30

Оставайтесь в курсе


У вас есть интересная новость или материал из сферы образования или популярной науки?
Расскажите нам!
Присылайте материалы на hello@newtonew.com
--