Ренат Атаев

Университет умер, да здравствует университет

Поговорим о том, каким будет образование будущего и как себя к нему подготовить (если вы ещё не слишком стары и ленивы).

Время чтения: 12 минут
Университет умер, да здравствует университет

Всяк, кто хотя бы краем мозга интересуется научпопом, наверняка слышал о Митио Каку. Этот американский физик японского происхождения пишет книги, светится в «ящике», не вылезает из топов публичных интеллектуалов и иногда высказывает интересные идеи на тему футурологии. Вот недавно он дал интервью о том, каким будет образование в XXI веке. Оно любопытно само по себе, и мне хотелось бы откликнуться на основные тезисы кое-какими собственными соображениями.

Источник: paleofuture

Людей учат информации, которая уже не актуальна

Тезис не нов, так что просто иллюстрация. Я учился на биологическом факультете педагогического вуза. Дело было в начале 2000-х. Курсы зоологии и ботаники (а до кучи эмбриологию и гистологию) нам читали по учебникам 60-70х. Молекулярку — по учебникам 80х. Люди, ну вы это серьёзно вообще?

Сотня человек с потока каждый день собирается в одном месте, чтобы совместно послушать плохо обновляемую информацию и конспектировать её в тетрадочки.

Это при том, что систематика в сегодняшней биологии перетасовывается чуть ли не еженедельно, и касается это не только мелочи на уровне видов-подвидов, но и крупных таксонов. Что с этой информацией будет, когда она дойдёт до «конечного потребителя» — до школьников, которых эти студенты будут учить?

Образование больше не будет базироваться на запоминании

Совсем недавно, в 2007 году, я начинал как литературный редактор в одном омском развлекательном глянце. Столкнувшись с тем, что приходится держать в голове массу фактов, дат, имён и другой мелочи, я нашел способ защитить крышу от преждевременного протекания, а себя — от выгорания. Все дела я вёл через мессенджер QIP и личные сообщения в ВКонтакте. При необходимости я всегда мог зайти в свой аккаунт и восстановить из такого «облачного сервиса» что-то потерянное, забытое или нечаянно изуродованное. Сегодня этим никого не удивить, но тогда это выглядело инновационно и чертовски разгрузило мою биологическую память, избавив от необходимости вести какие-то записи для памяти. Первое время я успевал столько, сколько успевать нельзя в принципе.

А спустя несколько месяцев такой жизни обнаружилось, что я почти перестал запоминать то, что могу найти в аське или погуглить. Память стала защищаться от механического запоминания. Я помнил связи между фактами и явлениями, но не сами имена-идентификаторы («тот мужик, который собирает дома велорикши на продажу», «омская девочка, которая снялась в сериале про «Папиных дочек»). Это стало профессиональной деформацией и я понял, что даже в быту стараюсь держаться поближе к компьютеру.

Поисковик стал чем-то вроде продолжения моего тела. Его отсутствие под рукой стало неиллюзорно осложнять жизнь.

Скриншот из эпизода Entire History of You сериала Black Mirror, где в будущем как раз появляется возможность вживления чипов под кожу, каталогизировать свои воспоминания и управлять ими.

Технически в том, чтобы вшить себе под кожу «флешку» и выводить с нее информацию на Google Glass (и обратно) нет ничего невозможного даже сейчас. Легко представить себе человечество, которое поголовно снабжено девайсами «силиконовой памяти» (имплантированными в череп и связанными с мозгом напрямую), устройствами доступа в облачные хранилища и в целом практически перестало полагаться на механическое запоминание, храня в «мокрой памяти» только самые необходимые связи между фактами и явлениями.

Каким будет образование в таком обществе? Уж точно не ориентированным на запоминание того, что можно хранить внешне на технических носителях. Образование будет ориентировано на приобретение профессиональных навыков (манипуляций, процедур, интуитивного знания). Обслуживающая эти навыки профессиональная информация передаваться будет частично. Как минимум, в университетах будущего исчезнет необходимость конспектировать лекции.

Исчезнут «живые» учителя и традиционные университеты

Звучит радикально, но вполне разумно. Преподаватель у доски — вымирающая профессия в обществе, где любой имеет доступ к поисковику и мириадам онлайн-курсов. Естественно, останутся лабораторные работы и останутся лаборанты (технические навыки химика, биолога и врача не приобрести через видеокурс), но сама работа «человека, который курирует тебя, пока ты получаешь знания», должна постепенно выродиться. Как сегодня стыдно не уметь пользоваться компьютером (или не владеть английским), так завтра будет «западло» не уметь по готовым стандартам выстроить собственную систему овладения той или иной профессией.

Можно прогнозировать, что традиционные университеты, требующие кучи денег на поддержание инфраструктуры/личного присутствия студента, начнут постепенно вытесняться «облачными» учебными центрами и локальными заведениями, связанными с будущим местом работы — фабрикой, банком, лечебным учреждением. Последние будут а) учить строго практическим навыкам (от кройки-шитья до хирургии), которые не передать дистанционно, и б) принимать экзамены у фактически занимающихся самообразованием курсистов.

Тот же Каку идёт дальше и предсказывает разделение образовательного процесса и оценки результатов этого процесса.

Учат одни, оценивают другие — в этом тот же смысл, что и в системе разделения властей или в суде присяжных.

Естественно, здесь надо сказать пару слов о том, чему обучить дистанционно нельзя. Первое, что приходит на ум — медицина. В частности, хирургия.

Скажем откровенно, эта профессия считается не самой интеллектуальной из всего спектра того, чем сегодня занимаются медики. Лютое количество теоретических знаний хирургу, положим, не требуется. Эта профессия в чём-то сродни работе высококвалифицированного сантехника, слесаря и закройщика-портного одновременно. Самое важное в работе хирурга — практические «ручные навыки» — никаким чтением не приобрести. Можно установить программку-тренажер, которая будет гонять тебя по клиническим картинам и тактикам лечения, но научить делать аппендэктомию она сможет (если сможет) в очень ограниченном объеме.

Здесь без «хардкора» (читай: «анатомка» плюс живой клинический опыт) не обойтись. На первое время эта прикладная особенность защитит профессию от неуклонно наступающего будущего, хотя, разумеется, даже тут постепенно на смену рукам врача приходят манипуляторы хирургического робота. Поэтому в целом можно прогнозировать, что медицинские вузы сдадутся перед наступлением онлайн-образования в числе последних.

Источник: urology.osu.edu

В принципе, можно утверждать, что любая ориентированная на «руки» профессия будет сопротивляться онлайн-образованию. Но и это всё лишь до поры, когда появятся тренажеры виртуальной реальности с качественными сенсорными перчатками, способными имитировать реальные физические объекты по тактильным ощущениям (их вес, массу, твердость, консистенцию).

Дипломы исчезнут за ненадобностью

С этим тезисом я не вполне согласен, поскольку сертифицировать наличие у человека неких навыков всё равно придётся. Но логично предположить, что если исчезнут привычные университеты, то исчезнет и их атрибутика, в том числе связанная с заветной корочкой.

На самом деле корочек в один прекрасный момент станет слишком много.

Их начнут получать на каждый пакет полученных навыков, пройденный курс или сертифицируемую должность. Они просто перестанут быть бумажными. Прошёл курс — получил отметку в своём профиле. Сдал экзамен — получил электронный сертификат. Образование перестанет дробиться на гигантские блоки (медицинское образование, техническое). Оно, увы, станет на порядки более фрагментарным. Границы между профессиями начнут стираться. Появятся хирурги с навыками программистов, химики или биологи с навыками дизайнеров и другие экзотические профессиональные химеры. Здесь надо вспомнить одного моего земляка-орнитолога, ставшего специалистом по раскрашиванию всякой цифровой киношной фауны на Западе. Работал над «Властелином колец», между прочим.

Будущее за специалистами, которых не так просто заменить машинами

Футурологи считают, что не за горами частичная замена традиционно «человеческих» профессий специализированным софтом.

Я легко представляю, как бухгалтера может вытеснить пакет вроде очень продвинутого «1С» и как работу юрисконсульта сможет выполнять база знаний с интерфейсом, позволяющим конвертировать сложные запросы в наглядные «майндмэпы» и видеоконсульташки по часто востребованным темам (плюс колл-центр для вопросов, на которые шаблонного ответа нет).

Список профессий, которые искуственные мозги делать не смогут очень долго, пока довольно широк.

Так что есть смысл присмотреться к ним заранее. Это всё связанное с интуицией и креативной работой — разные виды дизайна, программирование, техническая и медицинская диагностика, работа следователей. Плюс останется огромный пласт «рабочих профессий», которые роботам заполнить окажется не так просто. Это работа, где принципиальны человеческие контакты: от парикмахерского дела до работы «продажника» и экспедитора.

Огромное число других профессий будет замещено техникой: водители, учителя, технические переводчики. Некоторые профессии из элитного пласта перейдут в пласт рабочий. Митио Каку считает, что эта судьба неминуемо ждёт дизайнеров 3D-моделей.

Другой пример: уже десятилетие обсуждается процесс постепенного «выжимания» журналистов из их традиционных ниш блогерами. До конца этот процесс не закончится, видимо, никогда, но факт остается фактом: в сегодняшней журналистике работает едва половина людей, имеющих журналистское образование. Эта деятельность становится всё более доступной для дилетантов, добивающихся в ней заметных успехов. По видимому, через десяток-другой лет надо ждать ее существенной десакрализации и превращения во вполне себе «рабочую» (то есть относительно низкоквалифицированную) профессию.

Похожая история будет с факультетами иностранных языков. Уже из 2015 года видно, что работа переводчика всего лет через 10-15 будет заменена качественным софтом, способным переводить «на слух» не хуже живого человека. Самые продвинутые из современных автопереводчиков всё реже выглядят смешными и неуклюжими. Здесь надо оговориться: речь идет именно о техническом переводе или переводе повседневной речи. Художественные тексты и стихи машинка красиво переводить не научится еще довольно долго. Так что ниша для человека здорово «похудеет», но не закроется полностью.

Тут на ум приходит повесть Азимова «Профессия». В ней изображена очень похожая картина будущего. Знания вживляются искусственно, а профориентация осуществляется машинами, которые выявляют прирождённую склонность к какой-либо деятельности. Но главный герой недоволен выбором, который за него сделал компьютер. Он начинает учиться дедовским способом (по книгам) и в итоге попадает, как он думает, в психическую клинику для паразитов общества, непригодных ни к одной профессии. Но на самом деле это центр по подготовке будущих разработчиков образовательных программ.

В сфере образования можно ожидать появление большого пласта технических сотрудников, которые будут разрабатывать циклопические объемы учебного материала для дистанционного образования. Кто-то ведь должен всю эту ораву людей снабжать актуальной (но специально переваренной и причесанной) информацией?

Суммируя историю с вытеснением людей машинами, скажу следующее.

Во-первых, роботы пока ещё очень слабы в распознавании образов, поэтому прикручивание деталей на станки, загрузка сырья, уборка мусора и прочее, что требует хорошего визуального мозга, будет оставаться за человеком ещё лет 15. Руки-ноги  — те да, у роботов достигли почти человеческого совершенства. Кстати, вдруг кто еще не знает: ещё в 2009 году созданы и начали проходить испытания чувствительные медицинские протезы кистей рук — подключаемые напрямую к нервной системе пациента. Совсем как в фильме «Звездные войны».

Первые роборуки получили чувствительность еще в далеком 2009 году. Сегодня уже идет речь о создании специальной чувствительной искуственной кожи с сенсорами, подключаемыми напрямую к мозгу.

Источник: youtube.com

А потом интеллектуальная автоматика сделает вещи настолько дешёвыми и доступными, что люди смогут прекрасно себя прокормить, занимаясь самой примитивной работой. Останется сфера услуг — всё-таки эмоциональную связь с живым человеком машина заменит не так быстро. Останется минимально креативный труд — творческие функции человека воссоздать труднее, чем механические. На короткое время наступит период, когда программисты будут править планетой. Все, что нас окружает — от деревьев в парке до одежды — будет нашпиговано устойчивыми к стирке и погодным перепадам чипами, которые, в свою очередь, будут подключены к системам искусственного интеллекта. Последние кому-то надо будет программировать и контролировать...

Но рано или поздно компьютер научится писать программы сам. Вот тогда и придёт конец человека разумного. Наступит эра окончательного синтеза «мокрых» и «железных» интеллектов. Эра трансгуманизма.

Вместо заключения

Предсказывать будущее — штука не самая благодарная. Однако совершенно точно можно утверждать, что систему образования ждёт серьезная трансформация. И случится она уже в ближайшее десятилетие-два. Попытка быть к ней готовым — попытка быть готовым к новой реальности. Можно как минимум постараться не выбрать сегодня профессию, которая завтра умрет. Не выбрать образование, которое мало поможет адаптироваться в новом будущем. На этом фоне такие «футурологические» тексты могут иметь серьезный практический смысл. Аминь.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.

Нашли опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter.
13 марта 2015, 17:00

Оставайтесь в курсе


У вас есть интересная новость или материал из сферы образования или популярной науки?
Расскажите нам!
Присылайте материалы на hello@newtonew.com
--