Кровь и скука: редакция Newtonew ностальгирует по своим выпускным
  вернуться Время чтения: 13 минут   |   Комментариев нет
Сохранить

Кровь и скука: редакция Newtonew ностальгирует по своим выпускным

Немножко воспоминаний о том, как мы на своих шкурах испытали все сложности школьных выпускных.

Сегодня «Алые паруса», и редакция Newtonew собрала для вас семь реальных историй о том, как в годы их прекрасной юности проходили школьные выпускные. Истории разные, с совершенно разными интонациями — каждый пережил выпускной как-то по-своему. А как провели его вы?

История грустная

Екатерина Толкачёва
автор Newtonew
 

Я закончила университетский лицей, в котором учились дети с 9 по 11 класс, и у нас была большая дружная компания со всей параллели. Атмосфера в школе была свободолюбивая. У меня были друзья, с которыми мы занимались в театральной студии, делали стенгазету — вообще много чего делали. Я могу вспомнить десятки ярких моментов из школьной жизни, когда были и творчество, и радость самовыражения, и чувство, что свой праздник ты создаёшь сам. Да и учителей мы любили, в основном.

Но в выпускной было ощущение, что форма, придуманная кем-то со стороны, довлеет над содержанием, и мы оказались не в своей тарелке.

Сначала была изматывающая многочасовая официальная часть в местном ДК, где всем поимённо выдавали дипломы на сцене (а одиннадцатых классов у нас было штук 10, и в каждом человек по 25-30). Потом торжества в лицее. В тот год в городе было постановление: не выпускать одиннадцатиклассников за пределы школы до самого утра, дабы не нарушать спокойствие граждан.

И вот мы, невыпускные выпускники, целую ночь развлекались в лицейских кабинетах, кто во что горазд. Сначала — с энтузиазмом. После полуночи — с настроением вынужденных попутчиков в ожидании своей станции, чтобы наконец-то сойти.

Учителя тоже были с нами. И, конечно, произошло некое символичное разрушение иерархии: теперь бывшие ученики могли курить в учительской курилке, а учителя могли пить коньяк в честь общего праздника, не прячась от наших любопытных глаз.

Трэш был, но в варианте «лайт». Да, кто-то напился, кто-то страдал от несчастной любви, кто-то из старших товарищей, прошлогодних выпускников, присоединившихся к празднованию, наутро обнаружил свой припаркованный у школы «Жигули» без колёс (неспокойный был район).

Со мной ничего примечательного в эту ночь не произошло. Никаких откровений. Зато позже, днём, накрыло (по-другому не скажешь) печальное осознание, что вся твоя понятная, увлекательная жизнь закончилась. ВОТ ТЕПЕРЬ СОВСЕМ ВСЁ. Как стало грустно — не передать.

Если бы я могла вернуться в прошлое и что-то там менять, это точно был бы не школьный выпускной. Он не стал ни особо эмоциональным, ни материально затратным. Прошёл — и ладно. В 17 лет были вещи и поважнее, для которых машина времени не повредит.

История экспрессивная

Люся Ширшова
главный редактор Newtonew
 

— Причесочку какую будем делать? Попраздничнее? Вот здесь начёсик, здесь лаком закрепим, а сюда блестки, да? — руки парикмахера из салона «Суперледи» на втором этаже бывшего циркового общежития совершают гипнотические пассы над моей головой.

— А можно как-нибудь попроще? — смахиваю с себя морок и слабо улыбаюсь.

— Ты что! Это же ВЫПУСКНОЙ! ТАКОЕ СОБЫТИЕ ОДИН РАЗ В ЖИЗНИ! Каждая девушка должна блистать! Ты же не хочешь выглядеть хуже всех?!

Сквозь прищур её глаз я почти вижу языки пламени и чувствую, что такому напору мне противопоставить нечего. Вздыхаю и окунаюсь в мир начёсиков, лаков и блёсток.

Через полтора удушливых часа я шагаю по июньскому мягкому асфальту, а моя голова, кажется, звенит при каждом повороте, будто увешанная стеклянными гирляндами ёлка.

Бабушка сказала, что я выгляжу очень нарядно.

Ещё спустя несколько часов я и мои одноклассницы с такими же звенящими головами окружаем столовский стол и рассаживаемся через одну — чтобы впустить в свой параллелепипед мальчиков.

Мальчики, подошедшие минут через десять, с таинственным видом задвигают под стол чёрные пакеты с надписью «Thank you» и изображением женщины в шляпе в профиль. В пакетах спрятан главный запретный допинг вечера, на который старательно не обращают внимания ни родители, ни учителя. Шампанское и водка. Они будут открыты шаманами-лидерами класса потом, с наступлением темноты, в кустах за столовкой, и сюда будут слетаться стайки жаждущих обрести взрослый статус.

Я и две подружки прикладываемся к бутылке неумело открытого тёплого шампанского. Я поглядываю на Ваню, с которым мечтала протанцевать весь вечер, а потом, может быть, я бы бегала к нему в гости летом между вступительными экзаменами. Ваня целуется со Светой, а я отхлебываю ещё шампанского и мрачно тащу подружку на звуки Bomfunk MCs. 

Шампанское вскоре сменяется водкой, отличницы уже разошлись по домам, самые смелые и либеральные проведут следующий день на даче без родителей, а у Вани со Светкой всё равно ничего не получится.

История раздолбайская с романтической ноткой

Ирина Егорова
Менеджер по работе с партнёрами Newtonew
 

На протяжении двух недель я как сумасшедшая ездила по торговым центрам, искала себе платье, туфли и всякие штуки. С утра я сходила специально делать причёску, на меня вылили баллон лака, но это не помогло, потому что волосы прямые, и кудряшки развалились сразу же после того, как я получила свой аттестат.

Аттестаты мы получали в актовом зале школы, а потом нас почему-то увозили во Псков. Мы должны были приехать туда к вечеру: идём в ресторан, отмечаем всё это дело, ночуем в гостинице, и на следующий день культурная программа по Пскову. Что получилось в итоге?

Родители и учителя нам говорили: ребята, не берите с собой алкоголь, потому что мы купили много, вам хватит.

Ну мы им не поверили и тоже затарились. Алкоголя реально оказалось нормально. В ресторане все уже выпили достаточно. В три часа ночи пришли в гостиницу все очень-очень пьяные, и не только ученики, но и родители, и учителя. Но мы-то не поверили родителям — и у нас было ещё много алкоголя. До утра учителя и родители носились за нами по этажам гостиницы, чтобы не пускать девочек в комнаты к мальчикам, но у них не очень-то получалось, и к шести утра они сдались.

До восьми утра мы ещё квасили, в девять утра у нас был подъём. Некоторым ученикам было безумно плохо. Родителям и учителям тоже было плохо, потому что и они отдыхали хорошо. И нас повезли по культурной программе. Это было тяжело. Псков никто не запомнил. Все только радовались, когда нас посадили на паромчик, потому что там был свежий речной воздух, и наше похмелье хоть как-то развеялось. Весь день нас тараканили на автобусе, и мы, уставшие и невыспавшиеся, были счастливы оказаться дома.

Зато! Мои лучшие друзья, одноклассники, именно на этом выпускном начали встречаться. Буквально два дня назад их отношениям исполнилось десять лет. У них семья, они построили дом, и всё у них прекрасно.

Деньги на выпускной у нас собирал родительский комитет — сумму не помню, но по тем временам они отвалили достаточно. Но в классе у нас было два-три ученика из неблагополучных семей, и они не скидывались, мы на них скинулись. Моя мама и её подруга очень хотели поехать с нами на выпускной, но когда узнали, что все родители, которые едут, ещё и за себя скидываются, решили: да ну его. Чему я была очень рада.

История обидная

Артём Серебряков
автор Newtonew
 

Всё ещё чувствую, что меня обманули. Отбивался как мог, но в итоге поддался и пошёл. Оглядываясь назад, понимаю, что нужно было настоять на своём, потому что без меня этот выпускной ничего бы не потерял.

Формальная часть была очень стыдной. Директриса по очереди вызывает каждого ученика, про каждого говоря какую-то приторную речь. Поначалу идут отличники и хорошисты, и это ещё куда ни шло. Но потом пошли малознакомые директрисе люди, и ей приходилось, кажется, выдумывать на ходу, что бы такое про них сказать. В директорских речах все мы оказались достойными, перспективными, красивыми и очень добрыми людьми, что, конечно, мало соответствовало действительности.

Неформальная часть также прошла в школе. С её территории нам запрещено было уходить до шести утра. Первую половину я провёл за сценой актового зала — время от времени около меня оказывались одноклассники, с которыми мы играли в карты.

Когда доносившееся шумное веселье надоело, я воспользовался своим статусом директорского любимчика — получил ключ от её кабинета, и ошивался там со своим другом, который тоже пребывал не в очень праздничном настроении.

Тихую вторую половину вечера можно было бы считать нашей маленькой победой, но вдруг к нам пришёл поддатый отец одного из одноклассников. Ему крайне хотелось пообщаться с нынешней молодёжью и одновременно побыковать. Вылилось это в долгое и скучное осуждение моих «подростковых заблуждений» — атеизма, вегетарианства и трезвости. А также в наставление о том, что если хочешь чего-то добиться в жизни, то нужно перегрызать соперникам глотки и ставить успех выше принципов.

В шесть утра врата в мир были распахнуты. Перед уходом я чуть помог прибрать актовый зал. Пока дошёл до дома, дважды пришлось столкнуться с пьяными и счастливыми одноклассниками и вежливо от них отвязаться. А дома я лёг спать. Наконец-то.

История отстранённая

Алиса Загрядская
заместитель главного редактора Newtonew
 

Мой выпускной никаких особенных личных впечатлений не оставил. Наверное, потому что школа и всё, что с ней связано, к этому моменту меня уже давно не интересовали.

Дело было в середине нулевых, когда модно было так густо покрывать лаком волосы, чтобы локон можно было отломить. Отголоски этого стиля, из-за которого причёски женщин выглядят так, словно их окунули в жидкий азот, можно и сегодня наблюдать на некоторых свадьбах и прочих официальных мероприятиях.

Поскольку никакого интереса к наряду я не демонстрировала и не прилагала никаких усилий, чтобы что-то по этому поводу предпринять, мама принесла мне вечернее платье дочери своей коллеги. Оно показалось мне приемлемым, потому что было однотонным и не имело никакого декора. Ещё мы купили туфли, которые оказались жутко неудобными, так что я взяла с собой в качестве сменки кеды, которые позже благословила.

Для выпускного снимали банкетный зал гостиницы «Англетер». Не помню, что именно там происходило, но явно ничего интересного, потому что вскоре я хлопнула пару бокалов шампанского, переобулась в кеды и пошла искать номер 5, где повесился Есенин.

Потом меня остановил какой-то местный вахтёр и пришлось вернуться обратно. К этому моменту половина одноклассников уже успела поднапиться, и мы поехали кататься на корабликах.

Часов в 6 утра мы сошли на берег и отправились нетвёрдо и бестолково бродить по линиям Васильевского острова. Моя одноклассница, у которой было платье с кринолином, как у Марии Антуанетты, зацепила подолом какие-то ветки. Вот эту картину я вспоминаю до сих пор, потому что в ней, в отличие от всего, что происходило до этого, была какая-то пронзительная искренность: покачивающаяся девушка, которая шла по Большому проспекту, пока за ней длинно тянулись на полуоторванных кружевах ветки с яркими июньскими листьями, а над всем этим вставало солнце.

История человеколюбивая

Валерия Мещерякова
PR-менеджер Newtonew
 

Подготовка к выпускному заняла у меня совсем немного времени: из «ритуальных» предвыпускных девичьих процедур была только укладка в салоне. Платье приобрела такое, чтобы потом надеть ещё не раз. Я очень волновалась, но не из-за грядущего праздника, а потому, что задерживали результаты ЕГЭ по истории, и всю торжественную часть я буквально каждые 5 минут обновляла сайт РОНО.

Праздновали в ресторане, стоило это, если я не ошибаюсь, 5 тысяч рублей. Вроде бы было ещё что-то на подарки школе/учителям, но не помню, шло ли это отдельным прайсом или входило в сумму, указанную выше.

«Неофициальная» часть была скучной для тех, кому надо «хлеба и зрелищ»: никто не блевал, не устраивал драки, не купался в фонтане. Этим она мне и запомнилась.

После выпускного я стала гораздо лояльнее относиться к своим уже-не-одноклассникам, так как наш не самый дружный и не самый образцовый класс на целую ночь стал идеальным коллективом. Потом наверняка всё вернулось на круги своя, и Золушки превратились в крыс, но, к счастью, этого я уже не видела.

Ностальгию по школьным временам я испытываю только когда вспоминаю некоторых учителей: есть люди, которые вызывали и вызывают восхищение, а есть те, кто показал, что выбрать своё призвание крайне сложно и не стоит идти преподавать только по той причине, что ты закончил педагогический.

История кровавая

Елена Дмитриенко
гендиректор Newtonew
 

Пожалуй, самое главное, чем выпускной мне запомнился, — это стёртыми в кровь ногами от новой обуви (классика, куда уж без кровавой жертвы). А так — весь тот хотя бы минимальный алкоугар, на который мы были способны, пришёлся на последний звонок, а на выпускном мы чинно и благородно выслушали торжественную речь (правда, она была совсем пафосная, в здании Двенадцати коллегий в Петербурге), а потом поплавали на кораблике и полюбовались на разведение мостов. Это было ещё в период до Алых Парусов.

Всё было очень мило, но не помню я из этого практически ничего.

Играли на гитаре, пели песни, общались. Один из немногих случаев в моей жизни, когда я была в платье — и была абсолютно этому не рада (я и в остальные разы была не очень рада, но что уж там).

Ночной Питер прекрасен, но для этого совершенно не нужен выпускной. Торжественные речи как-то серьёзно воспринимать нет никакой возможности, по крайней мере у подростка. Что касается общения с друзьями — так а чем ты все предыдущие годы занимался (нельзя же предположить, что ты учился, правда?). В общем, для меня это был день, который просто надо было пережить, а после этого забылся он очень быстро.

Я вообще не любитель таких мероприятий. Не могу сказать, что я жалею, что пошла, просто это трата времени. Не настолько бессмысленная и беспощадная, чтобы пожалеть, и пользу некоторых ритуалов (как какого-то кривого и косого аналога ритуалов инициации) я, в принципе, признаю; однако и относиться к этому серьёзно я тоже не могу.

Нашли опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter.

статьи по теме

Избранное–2015: всё, что нужно для образования и самообразования

Избранное-2016: лучшие статьи года

Фантастические школы и те, кто в них обитает