Любили и забыли: Джон Дьюи и молодое советское образование
12+
  вернуться Время чтения: 9 минут   |   Комментариев: 2
Сохранить

Любили и забыли: Джон Дьюи и молодое советское образование

Великий американский философ и педагог Джон Дьюи в 1928 году посещает молодое Советское государство. Читайте о том, как всё было и чем закончилось.

Сравнение мировых образовательных систем — модный тренд отечественной педагогической мысли. Мы дружно восхищаемся финнами, разглядывая нездешние картинки минималистичных интерьеров классов и спортивных залов. С опаской, но благоговением читаем о китайских школах, исповедующих довольно людоедский педагогический стиль. Примеряем на себя Англию, Японию и Корею. Значительно реже в этом плане нас интересует Америка. И это удивительно, поскольку в самых продвинутых концепциях современного инженерного образования почти дословно цитируются именно американские идеи. Правда, столетней давности.

left_image
Этим мы восхищаемся.
(источник:cdn.newsapi.com.au)
left_image
А этим — не очень.
(источник:187011.selcdn.ru)

Необходимость связи обучения с жизнью, опора на ценность опыта ученика, постановка его в позицию исследователя предметного содержания — всё то, что сегодня считается краеугольными камнями проектного обучения, первоначально были сформулированы более века назад американским философом и педагогом Джоном Дьюи.

Дьюи родился в 1859 в штате Вермонт в семье табачного фабриканта. Получив высшее образование, преподавал в частной школе, а позже стал профессором Мичиганского, Чикагского и Колумбийского университетов. В 1919 году вместе с единомышленниками основал в Нью-Йорке Новую школу социальных исследований, своеобразную «лабораторию для всех разумных мужчин и женщин» ради спасения и трудоустройства учёных и людей искусства, преследуемых в Европе по национальным или политическим мотивам.

image_image
Этого милейшего человека ненавидели американские католики и называли антигуманистом. 
(источник: leftvoice.org)

В начале ХХ века имя Дьюи было хорошо известно в философско-педагогических кругах России. В 1907 году на русском языке издается и получает широкий резонанс его первая работа «Школа и общество». Позже она многократно переиздается, вплоть до 1925 года. Затем следует издание новых работ: «Психология и педагогика мышления» (1915), «Школы будущего» (1918), «Введение в философию воспитания» (1921), «Школа и ребенок» (1922). Но, что самое важное — его идеи прогрессивного обучения широко применяются педагогами-новаторами в школьной практике молодого Советского государства. В 1928 году Джон Дьюи посещает Советский Союз, а потом описывает свои впечатления в эссе «Впечатления о Советской России».

Американец приезжает не в качестве туриста, а по личному приглашению Наркомпроса. По совету Ленина, которому претит «прусская модель» с её «всесторонним развитием личности», Луначарский вводит в образование элементы американской системы, «чтобы дети как можно раньше распознавали своё призвание и не болтались в жизненной проруби». Для освоения заокеанского «способа проектов» ему нужны авторитетные советники, одним из которых и оказался Дьюи. 

Конечно, американцу показывают «лучшие практики», возят по стране, знакомят с молодыми педагогами. Для иностранца большевики стараются показать «товар лицом», но они не в состоянии скрыть кошмарную разруху и нищету, в которой очутилась страна за десять лет их власти. Молох репрессий уже ведёт свою кровавую жатву, но Дьюи, настроенного у себя на родине масштабной антисоветской пропагандой и в некотором роде подготовленного к ужасам большевизма, поражает не это.

image_image
Ужасы заново отстраивающейся страны Дьюи не испугали. 
(источник: 187011.selcdn.ru)

Вернувшись домой, он выступит с серией статей в журнале «The New Republic», позже опубликованных в виде очерка «Впечатления о Советской России и революционном мире», в котором в несвойственной для себя эмоциональной манере восхищённо рассуждает об увиденном. Его шокирует оптимизм и моральный энтузиазм людей, строящих новую жизнь: люди толпами ходят в музеи, искореняют неграмотность, занимаются во всевозможных кружках. Дьюи очарован их страстью, напоминающей духовный настрой первых христиан, к переустройству всего — мышления, образа жизни, взаимоотношений людей. В позитивном ключе он отмечает мощное вытеснение буржуазной индивидуалистической психологии коллективистским мышлением, основы которого призвана заложить новая педагогика.

Одно из самых ярких впечатлений — посещение детской школы-колонии «Красные зори» в бывшем летнем дворце Великого князя в Петергофе. Две трети живущих там детей — бывшие беспризорники, сироты, беженцы, подобранные прямо на улицах. Возглавляет школу Игнатий Вячеславович Ионин, бывший военный летчик, полностью посвятивший себя детям и новой педагогике. 

image_image
1926 г. Школа-колония «Красные Зори» в Михайловской усадьбе. В центре — Ионин Игнатий Вячеславович. 
(источник: imgprx.livejournal.net)

К моменту встречи с Дьюи он живёт школой уже девять лет. Ему самому всего 36. Приехав с тремя десятками детей в Михайловскую усадьбу в 1919 году, Ионин добился многого. Теперь детей в коммуне уже около четырёхсот. Они живут на полном самообеспечении, имеют многоотраслевое хозяйство — огороды, курятники, свинарники, пасеки, в прудах разводят рыбу. Воплощая на практике теоретические знания, ребята ремонтируют здания и делают мебель. Занимаются музыкой, изучают историю и литературу, ездят на экскурсии. Лозунг Ионина: «Каждому — всё». И ресурсом этого «всего», прежде всего, является он сам. Он воспринимает свой труд не как необходимость, а как счастливую возможность полной самоотдачи в реализации прекрасных, как сейчас бы сказали, инновационных идей.

Дьюи, напротив, уже старик. Ему под 70. Он не рассматривает увиденное как свидетельство какой-то особой заботы большевистского правительства о детях. Позже в своем очерке он напишет: 

«<...Это> скорее свидетельство врожденного качества русских, оно производит гораздо большее впечатление, чем я могу выразить словами. Нигде в мире я не видел так много разумных, счастливых, умно занятых делом детей. Их не выстраивали для инспекций. Мы ходили по территории колонии и повсюду находили их занимающимися различными летними делами — садоводством, пчеловодством, ремонтом зданий, теплицей для цветов (её построили и сейчас работают в ней самые трудные ребята, которые разрушали все, что попадало им под руку), изготовлением несложных инструментов и сельскохозяйственных орудий и т. д. На меня произвело впечатление не столько то, что они делали, сколько их поведение, отношение ко всему происходящему».

Как наиболее важный момент Дьюи отмечал тождество общекультурного и производственного образования в России. Он по достоинству оценил мудрость официального указания школам обеспечивать местные потребности в зависимости от существующих условий. Централизация касалась лишь определения конечных целей и общего духа обучения и воспитания, а в остальных вопросах позволялось и даже поощрялось разнообразие. В каждой области была своя экспериментальная школа, изучающая местные ресурсы, материалы и проблемы.

«Советская система просвещения не допустила ошибки и не подменила единое образование единообразным».

Дьюи писал о том, что центральное место труда в концепции образования проявляется в организации содержания обучения или, иначе говоря, в отборе предметов учебной программы.

image_image
Железнодорожная школа – семилетка № 2. Ученики за работой в столярной мастерской. Конец 1920-х годов, г. Челябинск
(источник: 187011.selcdn.ru)

Официально этот принцип назывался «комплексной системой». Она означает отказ от разделения содержания обучения на отдельные, изолированные «предметы», составляющие программу традиционной школы, и поиск предмета изучения в какой-либо целостной фазе человеческой жизни, включая изучение природы в её связи с жизнью человека в обществе.

В американской литературе, посвященной советскому образованию, «комплексная система» часто сравнивается с «методом проектов» в том виде, как он развивался в США. Оба метода отказываются от строго фиксированных уроков по отдельным предметам и заменяют их формами деятельности, которые мотивируют учащихся самостоятельно осваивать целые пласты жизни или природы. Дьюи был искренне поражён достигнутым советским образованием прогрессом. 

image_image
Фотограф: Роман Фатуев, 1930-1931 гг. Место съёмки неизвестно.
(источник: 187011.selcdn.ru)

«Будучи ограниченной в масштабах осуществления, — писал он, — система присутствует не только на бумаге. Это действующее предприятие, самодвижущийся организм. Американец, посетивший Россию, несомненно может испытывать определённую патриотическую гордость, замечая, в сколь многих отношениях первоначальный импульс шёл от прогрессивной школы нашей страны, но он тут же будет уязвлен и исполнится новыми устремлениями, увидев, насколько органичнее воплощаются эти идеи в русской системе, нежели в нашей».


Джон Дьюи проживёт долгую, насыщенную жизнь. Он умрёт в 1952 году, не дожив 7 лет до своего столетия. После того, как в 1937 году он возглавит комиссию по расследованию знаменитых московских процессов «врагов народа», его книги будут изъяты из всех советских библиотек, а имя предано забвению вплоть до 1991 года.

Игнатия Ионина арестуют в 1937 году. Шестьдесят суток он проведет в камере смертников, а через два года умрет в лагерной больнице под Ташкентом. Имя его будет забыто, а все прогрессивные идеи и достижения будут связываться исключительно с именем Макаренко.

«Красные зори» потихоньку расформируют, а в начале 30-х годов страна по приказу Сталина вернётся к единым учебным планам и программам.

Нашли опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter.

статьи по теме

Как выйти из педагогического паралича

Какую педагогическую ориентацию предпочитаете?

Как я после армии стал учителем ОБЖ