Что же не так с нашим летом?
12+
  вернуться Время чтения: 7 минут   |   Комментариев: 1
Сохранить

Что же не так с нашим летом?

Лето только закончилось, а сил как не было, так и нет… Такой вопрос повис на одной из наших первых встреч с учениками. Судя по взглядам собравшихся, ответ волновал каждого.

А ведь странно: летом все мы вместе путешествовали по Крыму, причём пытались именно путешествовать, а не просто убивать время.

До выезда мы поговорили с Александром Евгеньевичем Левинтовым, профессиональным географом, методологом, писателем, преподавателем Киноколледжа «Московская международная киношкола». В поездке старались придерживаться его «Правил путешественника», различив, насколько смогли, понятия «путешественник» и «турист». Первый — решили мы — больше интересуется окружающим пространством, скажем, фотографирует его, а второй занят скорее собой — «фотографируется на фоне».

 

В Крыму мы планировали собрать материалы для публикации на тему «Путешествие как форма образования», заранее разделившись на группы: кто-то фиксировал свои мысли и ощущения в дневнике, кто-то фотографировал, кто-то зарисовывал происходящее акварелью, а кто-то орудовал диктофоном и видеокамерой. Вернувшись, с горем пополам собрали архив, выдохнули и договорились встретиться осенью, чтобы продолжить работу с новыми силами… А их и не появилось!

Нам стало обидно — почему? Мы снова встретились с Александром Евгеньевичем, чтобы разобраться, что же не так с нашим летом. Во время разговора мы, как нам кажется, нащупали что-то, выходящее за рамки ответа на заявленный вопрос. Но обо всём по порядку.

Собираясь в Крым, мы рассуждали так: герой в кино узнаётся по действию — он всегда что-то для чего-то делает. Кто-то из нас в течение года учился, кто-то учил, а теперь нам предстоит заняться чем-то иным. Стало быть, отдых есть смена деятельности.

Путешественник, подумали мы, тоже имеет свою сверхзадачу — он хочет встретиться с местом, «присвоить его себе», заполнить «внутреннюю контурную карту», сделать так, чтобы, скажем, при слове «Севастополь» в его голове рождались не подсмотренные у экрана ассоциации, а что-то своё, другое. Кому-то для подобной встречи выгоднее вести дневник, кому-то фотографировать, некоторым рисовать. Если «место пересобирать» через творческий акт, оно уже точно от тебя никуда не денется и, вполне возможно, останется воспоминанием, которое придаст силы, когда это потребуется.

Фото: Екатерина Касаткина
 

Из такого путешествия человек возвращается другим — значит, путешествие есть форма образования.

Мы выбрали города, связанные с интересовавшими нас историческими событиями, художниками и литераторами, составили маршрут, договорились о том, что в Крыму каждый постарается составить свой личный список «Правил путешественника», и отправились в путь.

 
Из дневника Кирилла Сафронова, преподавателя Киноколледжа:
— …Время от времени на дороге, от которой мы ушли недалеко, появляются туристы, надеющиеся — так же, как и мы недавно — попасть на «Золотые ворота». Ничего не выйдет. Только с воды, только с экскурсией, только за деньги. Так нам сказал человек в камуфляже. И вот мы здесь. Вроде бы есть время, чтобы поводить ручкой по блокноту, залитому выделениями из завпитских пакетиков, но жарко, хочется есть и вообще — надо же посмотреть, чем рисуют участники «изо-пленэра»…
 
Из дневника Ульяны Герасимовой, студентки 1-го курса Киноколледжа:
— Я бы ни за что в жизни не смогла рисовать в Коктебеле, при той жуткой жаре, с летающими вокруг насекомыми, если бы не думала о том, что Волошин тоже рисовал здесь, что это место давало ему силы на такие удивительные работы. Значит, это место может дать силы и мне?
 
Из дневника Софии Страчук, студентки 1-го курса Киноколледжа:
— Правило открыла. Открыла, что оно реально работает. У каждого есть любимая форма действия, творчества, вот в ней и надо запечатлевать мгновения. Carpe diem — девиз на мою экспедицию. Другие правила: в путешествии жить импульсом, следовать не плану, доверяться драйву и экстриму (в путешествии нельзя жить, в путешествии надо выживать). Ехать с близкими людьми или создать вокруг себя таких людей.
 
Из дневника Александры Бурашёвой, студентки 1-го курса Киноколледжа:
— Мне показалось важным правило, значение которого я недооценивала — не надо бояться общения с местными жителями. Я много раз видела, как Никита Павлов без каких-либо проблем подходил к людям и начинал разговор. Именно благодаря подобной авантюре у нас случилась спонтанная поездка на Фиолент. Мне такой смелости не хватало.

Поделившись с Александром Евгеньевичем воспоминаниями, мы честно признались, что находимся в тупике и не понимаем, что же это за деятельность такая, которая силы восстанавливает? Может быть, и правда, лучше в следующий раз на пляже поворочаться? На это Александр Евгеньевич задал нам вопрос о том, знаем ли мы этимологию слова «школа».

Оказывается, первоначально оно означало «досуг, занятие в свободное время» — то, что сегодня мы именуем «отдыхом». Какой-нибудь кузнец «в нерабочее время» занимался тем, что передавал свой опыт ученику, возвращая таким образом должное профессии, которая его не только кормила, но и наполняла смыслом жизнь. А, например, музыкант уходил подальше от людей, чтобы послушать пение птиц, понимая, что ему есть чему у них поучиться. Конечно, и первый совершенствовался в своём мастерстве, и второй тратился на учеников, но главное — находиться в праздности им не очень-то и хотелось. Они верили в аскезу трудолюбия. В этом смысле понятие «труд» удачнее, чем «работа». В последнем отчётливо слышится корень «раб», очень уж оно напоминает нам о труде по принуждению.

Многие люди хотели познать законы бытия. Но чтобы открыть Закон всемирного тяготения, нужно было быть Ньютоном и в «свободное время» удерживать задачи, над которыми бьёшься. Если ты киношник — смотри на новые места как на локации для своих будущих фильмов, если кто-то другой — смотри по-другому, но главное — решить, кто ты. Тогда и лето своё обвинять будет не в чем.

Фото: Александра Назарова
 

А закончил Левинтов байкой о философе и методологе Георгии Петровиче Щедровицком в своё время сильно повлиявшем на Александра Евгеньевича:

 

Георгия Петровича как-то спросили: чем профессионал отличается от обычного человека? А он, не задумываясь, ответил: тем, что профессионал никогда не устаёт.

 

Я же закончу так. Несколько лет назад в тексте одной лекции Александр Моисеевича Пятигорского я прочёл такую мысль: «Энергия возникает только когда ты её употребляешь». Оставаясь по первому образованию учителем физики, я от неё отмахнулся — она противоречила всему, чему только можно противоречить в классической науке.

Теперь же мне кажется следующее: усталости нет. Человек не смартфон, он не разряжается. Ощущение бессилия возникает тогда, когда инвестируешь свои силы и время в то, во что не веришь. Может быть, ты вообще не видишь результатов своей работы, может быть, они тебя не устраивают и ты не знаешь, как это исправить, может быть что-то ещё.

Важно, что часть своей жизни ты тратишь на что-то чуждое, оправдываясь перед собой в том числе и тем, что «вот будет лето, а там и наверстаем». А наверстать не получится.
Фото: Александра Назарова
 

Просто потому, что схема «основное время я трачу свою энергию, а на пляже или путешествии заряжаюсь» — ошибочна. Энергия возникает, когда ты её употребляешь так, как предназначено именно тебе.

Это и необходимое, и достаточное условие — если какое-то дело приносит тебе силы, то ты им будешь заниматься и в будни, и в выходные, и в отпуске, и где-либо ещё, потому что почувствуешь животом: это дело — твоё.

Нашли опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter.

статьи по теме

Категорический императив: как общаться друг с другом

Полюса темперамента: интроверты и экстраверты

Сколько стоит профессия? Гид по профориентации