Что читает редакция Newtonew

Сборник антиутопий, Борхес, Достоевский, «Гарри Поттер», комиксы об эльфах и математике, а также многое другое — в нашей самой личной подборке книг.

Время чтения: >15 минут
Что читает редакция Newtonew

Оказывается, не так-то легко говорить о книгах: волей-неволей приходится обнажать свой образ мысли, какую-то тонкую внутреннюю структуру. Но разговоры такие, как вы понимаете, крайне полезны, потому что помогают лучше узнать собеседника. Поэтому авторы и редакторы Newtonew с готовностью пошли на раскрытие своих читательских пристрастий и ответили в свободной форме на три вопроса:

  • Какие книги вас сформировали, перевернули ваш мир, давно любимы, — в общем, являются для вас самыми важными?
  • Какие книги вам тяжело дались, или вы их так и не осилили?
  • Что вы можете рассказать о последней прочитанной книге?

Итак…


Елена Дмитриенко
основатель Newtonew

Важные книги

Наверно, одной из первых книг, ставших в какой-то мере «открытием», я считаю «Крёстного отца», потому что прочитала я его в достаточно юном для этой книги возрасте — что-то в районе 8 лет. В то время всё лето я проводила в глухой деревне у бабушки, где-то к середине лета все взятые с собой книги закончились, и, по всей видимости, мне было достаточно скучно. «Крёстного отца» мне дал почитать также приехавший к бабушке старший брат (как сейчас помню, подсовывая мне «Крёстного отца», он пытался меня отвлечь от какого-то низкопробного боевика в яркой и привлекательной цветной обложке, который, наверно, мне читать не стоило совсем). И вот где-то с тех пор я и стала читать книги, которые чаще всего совсем не подходили мне по возрасту, но казались (и оказывались) куда более интересными, чем детская литература. Правда, самого «Крёстного отца» я с тех пор ни разу не перечитывала, не хочется разрушать то детское впечатление от книги. 

Из других любимых книг, прочитанных достаточно давно, я отмечу «Бесов» Достоевского и «Мастера и Маргариту» Булгакова.

Стало каким-то дурным тоном признаваться в любви к «Мастеру и Маргарите», но я ничего не могу с собой поделать: «МиМ» я и правда люблю, много раз перечитывала, отдельные фрагменты могу даже цитировать наизусть.

При этом внятно объяснить свою любовь к этой книге я не могу, но есть в ней что-то неуловимое, созвучное лично мне. «Бесы» же мне всегда казались одной из самых недооценённых книг Достоевского, несмотря на всю популярность. 

Монолог Верховенского из романа «Бесы» в интерпретации театра «Ленком», 1988 год.

Что ещё? Не могу обойти молчанием Борхеса. Он совершенно, невообразимо прекрасен. Безумен — и прекрасен. Читая Борхеса, ты начинаешь терять реальность, мир становится зыбким, границы истончаются, и кажется, что вот-вот, ещё чуть-чуть — и что-то совершенно иное, что-то, с чем ты не был знаком ранее, что-то, чего, может быть, раньше в нашем мире и вовсе не было, просочится через эти истончившиеся границы и заменит твою реальность. Чем-то лучшим? Сомнительно. Чем-то худшим? Вряд ли. Чем-то другим? Однозначно. Причём такое впечатление на меня производят даже самые невинные его произведения. А особенно я люблю цикл «Вымыслы» и рассказ «Тлён, Укбар, Орбис Терциус». 

Пожалуй, невозможно выделить именно те 3-5 книг, которые «самые-самые». Выбор случаен, спросите меня в другой момент времени, и я дам другой список. Так что всего лишь пару имён и названий, пришедших мне в голову именно сейчас при ответе на этот вопрос: «Волны гасят ветер» и «Далёкая радуга» Стругацких, «451 градус по Фаренгейту» Брэдбери, «Голубятня на жёлтой поляне» Крапивина, «Нарцисс и Гольдмунд» Гессе, «Маятник Фуко» Эко, «Отклонение от нормы» Уиндема, «Если однажды зимней ночью путник» Кальвино... 

Книги, которые тяжело дались

Ещё по этой теме:

Чтение как наказание

Я буду отвечать на этот вопрос исходя из посыла, что тяжело должно быть эмоционально («Жизнь — боль» и всё такое). Есть несколько книг и авторов, которые мне сходу вспомнились, при чтении которых меня аж трясло. Сюда весь Солженицын, к которому у меня отторжение идёт прямо на каком-то физиологическом уровне (я давно уже перестала пытаться погрызть этот кактус), «Рассказ служанки» Этвуд (мне при чтении хотелось крушить и ломать), «Приключения майора Звягина» Веллера (просто потому, что основная мысль этой книги — «я точно знаю, как надо», а ведь, как известно, «Бойтесь единственно только того, кто скажет: "Я знаю, как надо"»).

А если в более приземлённом смысле слова «тяжело», то, пожалуй, «Доктор Фаустус» Манна. Я, как человек безумно далёкий от музыки, через музыкальную терминологию продиралась просто с колоссальным трудом. В итоге мне кажется, что в этой книге я больше страниц пролистала, чем реально прочитала.  

Из последнего прочитанного

Мне очень понравилась книга американского автора Ирвинга Стоуна «Муки и радости». Это роман о Микеланджело Буонаротти, о его жизни и творчестве, с одной стороны — практически биография, которой для полноты картины не хватает только ссылок на источники, с другой — великолепный роман, который читается на одном дыхании. Порекомендую тем, кому близка сама тема искусства, остальным, пожалуй, он может показаться перенасыщенным деталями (и огромным количеством признаний в любви... к мрамору). 

Что ещё? Приобщилась к творчеству Алексея Иванова. Широко известная книга «Географ глобус пропил» мне не понравилась (вероятно, там есть глубинная мысль, но...), а вот «Сердце Пармы» неожиданно порадовало и удивило, очень хорошее погружение в другую реальность, много деталей, очень атмосферная книга. «Убик» Филипа Дика — это, пожалуй, просто классика фантастики, то, что надо читать просто потому что надо. Плюс недавно же впервые прочитала «римские» романы Брюсова («Алтарь победы» и «Юпитер поверженный»). 


Ирина Егорова
коммерческий директор Newtonew

Важные книги

О моей любви к чтению: читать люблю, но нахожу время на это занятие только в метрополитене.

Мои любимые авторы — Бегбедер и Чак Паланик.

Перевернула мой мир книга «99 франков», и далеко не из-за приключений главного героя (секс, наркотики и рок&рол).

Читала книгу на первом курсе обучения в ВУЗе, а так как я училась по специальности «Реклама», эта книга открыла мне приятные и трудные моменты будущей профессии (тогда я мечтала быть настоящим креативщиком).

Все люди продажные, просто у каждого есть своя цена! И кстати, фильм по книге разочаровал, поскольку акцент был сделан на том, что все рекламщики наркоманы, а не на том, как тяжело достучаться до богатых заказчиков и как деньги убивают гениальные идеи. «Всё покупается — любовь, искусство, планета Земля, вы, я».

Книга, которую я не могу прочитать почти 15 лет

«Собор Парижской Богоматери» Виктора Гюго. За что мне очень стыдно. Первый раз взяла её в руки, когда мне было лет 10-12, начала читать, но начались летние каникулы, и я её забросила. Каждые 3-4 года я вспоминаю об этой книге, начинаю читать её заново и где-то на середине перестаю по разным причинам! Последний раз мне позвонили из библиотеки и очень ругались, что я не продлила её! Мне стало стыдно, и я сдала книгу, не дочитав… Кстати, это было 4 года назад, так что можно попробовать повторить попытку.

Последние прочитанные книги

Последние 3 книги я прочитала по управлению и продажам. Последняя называлась «Альфа-продавцы». Вот уже два года в основном читаю профессиональную литературу в сфере бизнеса и рекламы. Из художественных произведений недавно прочитан «Крёстный отец». Хорошая книга, но возвращаться к ней я вряд ли когда-то захочу.


Олег Бочарников
автор Newtonew

Самая «тяжёлая» книга, которая так и осталась непрочитанной

Я любил читать ещё в раннем детстве. Однажды, когда мне показалось, что книги для детей моего возраста в доме кончились (мне было лет 6), в знак протеста я достал откуда-то с верхней полки книгу в красной обложке, которая называлась, кажется, «На невидимом фронте». Название книги, как и её содержание, было для меня таинственным и совершенно непонятным. Но я всё-таки успел продраться через пару десятков страниц, пока мне не купили новые книжки, где всё было более привычным и знакомым.

Так я ощутил, что где-то рядом со мной существует сложный мир взрослых, где всё будто бы покрыто густым туманом — мир непонятных слов и длинных предложений, в котором мне пока не место.

Дальнейшая «книжная биография»

Будучи подростком, я читал много фэнтези и научной фантастики — от Льюиса, Толкиена и Азимова до авторов, имена которых я уже давно забыл. Помню восторг от первого чтения «1984» Оруэлла. Мне было 15, и казалось, что теперь я понимаю, как устроен мир, что такое государство и история. Летом после 11 класса я за пару недель прочёл целиком «Братьев Карамазовых» Достоевского, «Постороннего» и «Чуму» Альбера Камю, а также сборник рассказов Кафки. После этого я понял, что всё гораздо сложнее.

«Превращение» Франца Кафки глазами канадского мультипликатора Каролины Лиф

Вскоре моим любимым автором стал Гайто Газданов: герой его рассказов и повестей обладал тем стоическим спокойствием перед лицом тёмных сторон мира, которым хотелось обладать и мне. Помимо всего прочего, это просто замечательная проза. «Вечер у Клэр» я и сейчас считаю одним из самых совершенных произведений в истории русской литературы. Вместе со «Смертью Ивана Ильича» Льва Толстого и набоковским «Подвигом» оно бы вошло в мой личный топ-5 художественных текстов.

Затем я стал читать намного больше научно-популярной литературы. Огромное впечатление произвела «Агрессия» Конрада Лоренца и «Ружья, микробы и сталь» Джареда Даймонда, за которым последовали его же «Коллапс» и «Третий шимпанзе». Постепенно я стал интересоваться социальными науками; замечательным введением в социологию послужило «Социологическое воображение» Чарльза Миллса, от которого я напрямую перешёл к Карлу Марксу, а затем к Мишелю Фуко и более специализированным текстам по антропологии и истории. Из наиболее важных выделю работы Бруно Латура, который, помимо мощного теоретического мышления, обладает ещё и замечательным чувством юмора.

Последняя прочитанная целиком книга

«Логикомикс», придуманный и нарисованный людьми со сложными греческими фамилиями Доксиадис и Пападимитриу. Это графическая новелла о поисках универсального языка математики: приключение идей, описанное через приключение людей и их страстей. Главные герои комикса — Бертран Рассел, Людвиг Витгенштейн, Курт Гёдель и другие персонажи, которые сформировали современную логику. В США книга, кажется, стала бестселлером, и она того заслуживает. Это замечательный способ подачи сложного и материала; хотелось бы, чтобы таких произведений было больше, но ничего похожего я пока не встречал.


Мария Титаренко
PR-менеджер Newtonew

Важные книги

На самом деле таких книг несколько.

«Бесы», Ф.М. Достоевский. Меня поражает, насколько этот роман, написанный более 100 лет назад, отражает ментальность современного россиянина. Это настолько удивительно, что кажется, что с течением времени мировоззрение человека не меняется, и какой-то социально-культурный базис сидит в нас настолько глубоко, что из-за него поведение личности не смогут поменять ни новые законы, ни развитие технологий — по большому счёту, ничего.

Я впервые столкнулась с романом в школе и, наверно, тогда этого делать не стоило, потому что понимания в старшей школе русских классиков у меня не было вообще. Я не знаю, вина ли этого излишне формального подхода учителя литературы, или другой перечень интересов («читать — лень») с моей стороны, или вообще «Бесы» Достоевского не совсем подходят для неокрепших подростковых голов, но на тот момент мне, скорее, «очень не понравилось».

Познать глубину и философию романа получилось только на втором курсе института не без помощи профессора по истории литературы.

«Цитадель», Экзюпери. Это однозначно самая гениальная книга Экзюпери, которая широко раскрывает его философские взгляды. Метафора с неким государством, управляемым мудрым властителем, по моему мнению, так и остаётся метафорой. Центральной идеей книги являются притчи-рассуждения о любви, одиночестве, работе и человеческих отношениях. В ней сюжета как такового нет, и именно поэтому она меня так зацепила: обычно классические философские трактаты для меня слишком скучны, а формат этого романа именно такой. К тому же, он довольно затянут. Но именно потому, что книга ответила на какие-то волнующие вопросы, а не заставила скучать (чем для меня грешат многие философские труды), она и запомнилась.

К таковым ещё однозначно можно отнести: Ричарда Баха «Чайка по имени Джонатан Ливингстон» (за историю о стойкости и безграничной свободе), «Чёрный лебедь» Нассима Талеба (за новый взгляд на редкие и почти случайные события, которые имеют значительные последствия) и все книги Ремарка (за описание такой любви, от которой каждый раз глаза на мокром месте. Причём каждый его роман по сюжету идентичен, начиная читать, ты понимаешь, что красивого конце не будет, но всё равно тебя захватывают эти истории).

Книга, которая «далась» тяжелее всего 

Я против того, чтобы «тянуть» книги. Для меня сейчас чтение — это досуг и удовольствие (исключая профессиональную литературу). И если я вижу, что книга «не идёт», я брошу читать её. К «брошенным» относятся: «Сто лет одиночества» Маркеса (я очень быстро запуталась в сюжете и просто потеряла нить повествования), «Грозовой перевал» Бронте (мне к середине показалась безумно скучной).

Последняя прочитанная книга

«Космос Энштейна», Митио Каку. Не могу сказать, что эта книга особенно мне запомнится. Да, я узнала новые факты из биографии Эйнштейна и новые причинно-следственные связи его открытий. Мне кажется, она может быть интересна тем, кто об Энштейне и его открытиях в прямом смысле ничего не знает (если такие ещё остались на планете), или тем, кто безумно увлекается этой тематикой. Я не отношусь ни к первой, ни ко второй группе, поэтому для меня эта книга немного «прошла мимо».


Люся Ширшова
главный редактор Newtonew

Такой вроде бы стандартный анкетный вопрос — «Ваши любимые книги?», — а вводит в ступор получше какого-нибудь «Как вы оцениваете общественно-политическую ситуацию на международной арене?». Эти анкетные вопросы всегда становятся заманчивым шансом показаться лучше, умнее, интереснее, разборчивее, чем ты есть на самом деле. Кокетство, не иначе.

Я старалась не приукрашивать свои вкусы и не преувеличивать свой интеллектуальный багаж. Вот они, приоткрытые дверцы моего книжного шкафа:

Любимые книги на века

Все эти книги я могу перечитывать множество раз, не уставая и не зевая.

Сборник антиутопий, 1991 г. Сюда вошла вся дико популярная классика фантастических антиутопических произведений XX века — «Мы» Замятина, «О дивный новый мир» Хаксли, «1984» Оруэлла. Её прочла лет в 11, она находилась на верхней книжной полке подальше от моих глаз: взрослые сочли, что рановато мне разочаровываться в человечестве. Поэтому читала тайком, прокрадываясь к полке два раза за ночь — первый, чтобы утащить книгу; второй, чтобы положить на место. Ценно именно это издание Средне-Уральского книжного издательства, выпущенное с потрясающей печатной графикой.

Олдос Хаксли «Контрапункт», 1928 г. По какой-то причине не самый популярный роман Хаксли, по своим художественным свойствам значительно превосходящий его «О дивный новый мир». Круговорот людей, событий, идей, мерзости и слабости, глубины падения и отчаянного полёта человеческой натуры.

Корней Чуковский «Живой как жизнь» и Нора Галь «Слово живое и мёртвое». Каждый, кто прочитает эти две книги, будет читать все остальные книги совершенно иначе — со вкусом к литературе и любовью к языку.

Рассказы Карела Чапека. Многие знают талантливого чешского писателя и переводчика по «Войне с саламандрами», но часто проходят мимо его публицистики и юморесок. «Рассказы из одного кармана», «Рассказы из другого кармана» и серия очерков «Как это делается» — образцы лёгкой, но не примитивной, сатирической, но не обожжённой злостью литературы.

Пособие по газетным дискуссиям от Карела Чапека

Если над твоими произведениями хохочут до слёз спустя сто лет после их издания — это кое-что значит.

Эрих Фромм «Анатомия человеческой деструктивности». Не теряющий популярности немецкий мыслитель для меня открылся с его труда, посвящённого агрессии личности и общества. Книга обладает суровым психотерапевтическим эффектом. В сложных клинических случаях, вызванных крайней несправедливостью внешних обстоятельств, принимать «Здоровое общество» до, во время и после еды.

Оливер Сакс «Человек, который принял жену за шляпу». Все книги Оливера Сакса — это чтение, которое понравится всем, от 12 до 99+. Простые истории непростых неполадок в нервной системе, открывающие новые грани работы врача-невролога, потрясающих способностей человека и невероятных чудес эмпатии.

Книга, которую у меня никак не получается прочитать

Джейн Остин «Гордость и предубеждение». Эта книга лежит мёртвым грузом на всех электронных устройствах и до сих пор стоит на полке в комнате моего детства. Она смотрела на меня с осуждением, когда мы изучали её в рамках курса истории английской литературы. Именно она неизменно находится на какой-нибудь строке очередного списка «100 лучших книг всех времён», а я никак не могу продвинуться дальше десятой страницы. Эти брачные игры и сплетни обеспеченных девиц не задевают ни одной грубой струны в моём крестьянском сердце.

Книга, которая сейчас лежит на столе

Маргарет Этвуд «Рассказ служанки». На книге стоит отвратительный гриф «интеллектуальный бестселлер» — чтобы читателю не было стыдно за оформление, видимо. Феминистсткая антиутопия о недалёком будущем, где женщины живут по кастовому принципу, лишившись права на собственность и контроль над своим телом. Прочитана почти до конца, вердикт: отличное расслабление после рабочего дня, в список «100 любимых книг Люси Ширшовой» не войдёт.


Екатерина Толкачёва
автор Newtonew

Книги, которые повлияли

Первый опыт «переворота мира» я пережила лет в 12, когда прочитала фэнтези Энн Маккефри «Белый Дракон». Я очень плохо помню сюжет, но впечатление от созданной в книге вселенной было настолько ярким, что мне почти физически было больно смириться с отсутствием драконов в моём мире. К слову, жанр фэнтези меня никогда больше не привлекал.

Уже в студенчестве мой мир перевернула (или просто помогла настроить оптику) книга «Основы Дзэн-Буддизма» Дайсэцу Судзуки. Это массивный труд японского учёного, познакомившего в XX веке западную культуру с дзэн-буддизмом (можно спорить, философия это или религия, но давайте не здесь). Нет, я не стала тут же медитировать на воду, но открыла для себя другой способ мышления. Это было полезно и в личностном плане, и в плане моего культурологического образования: невозможно понять то, что происходило с художниками, писателями и музыкантами в XX веке, если не знать об их интересе к восточным практикам.

Из художественной литературы вспоминается устойчивая, оставшаяся с юности, любовь к Рэю Бредбери, Чехову и Хармсу. Ещё я всегда любила поэзию, тут диапазон повлиявших авторов широк — от Лермонтова до Басё. Меня завораживает, как поэзия «архивирует» образы в несколько слов/строк/четверостиший.

 

Источник: festival.1september.ru

Книга, прочитанная наполовину

Это «Террор» Дэна Симмонса — фантастический роман-триллер на основе реальной истории о двух кораблях «Террор» и «Эребус», которые отправились в 1845 году в полярную экспедицию и затерялись в 1847-м во льдах (к слову сказать, только в этом году исследователи наконец-то нашли один из пропавших кораблей). Так вот, на протяжении полутора веков о судьбе экспедиции ничего не было известно, кроме того, что все её участники погибли. Симмонс предлагает свою версию их драматичной гибели, добавляя к реалистичным голоду и холоду ещё одну напасть — фантастическое прожорливое существо, обитающее во льдах.

Роман длинный, как полярная ночь, и пропитан таким чувством безысходности, что на середине я не выдержала и отложила его подальше.

Но отдаю должное скрупулёзности автора: исторические детали очень хорошо прописаны. Благодаря им можно представить, как в условиях скудных, с нашей точки зрения, технических средств люди шли за границы возможного и открывали тот мир, который мы знаем. Если вы проще относитесь к триллерам и длинным книгам, то рекомендую прочесть.

Последние книжные впечатления

Сейчас, между чтением по работе, слушаю «Одноэтажную Америку» Ильфа и Петрова. Раньше формат аудиокниг раздражал, а тут отлично подобранные чтецы и жанр «дорожных заметок», в самый раз наслаждаться в пути. Это остроумное описание Соединённых Штатов середины 1930-х годов, сделанное человеколюбивыми сатириками. Так как сатирики — советские граждане, вы кое-что узнаёте не только о диком капитализме, но и о коммунизме. Лёгкая, умная литература.


Евгений Смирнов
основатель Newtonew

Что я рекомендую

Кэтрин Куртц, «Хроники Дерини»: одна из моих любимых фэнтэзийных серий. Она рассказывает о вымышленной Вселенной, в которой люди сосуществуют с расой Дерини, обладающей сверхестественными способностями. Эти книги заставляют читателя задуматься о весьма сложных концепциях, таких как расизм, честь, верность. Для всех тех, кто любит религиозное фэнтэзи.

 

Лион Спрег де Камп, тетралогия «Башня гоблинов». Юмористическое фэнтэзи, которое начинается с казни вымышленного короля государства Ксилар. Это государство примечательно тем, что раз в 5 лет в нём казнят короля, а отрубленную голову бросают в толпу. Кто поймал, тот — новый король. В этом произведении есть несколько удачных ходов. Один из них — это анализ различных форм правления. В вымышленном мире де Кампа имеется множество мелких городов-государств, несколько более крупных образований и несколько крупных империй. На их примере автор сравнивает плюсы и минусы той или иной формы правления. К примеру, в городе-государстве Метуро установлена жёсткая, но справедливая автократия: городом управляет безликая пятёрка — пять граждан, чьи личности никто не знает. При этом каждый из «пятёрки» является противовесом кому-либо: например, если в «пятёрке» есть богатый горожанин, то в противовес ему обязательно будет бедный крестьянин и т.д. За счёт противоположностей достигается справедливость.

Герман Гессе, «Сиддхарта». Эта книга немного расширила моё понимание Человека.

Нил Гейман, «Американские боги». Тяжёлая психологически книга, которая, тем не менее, для меня является системообразующей. Само повествование книги заставляет задуматься об истории человечества как о наборе «битв богов». Для кого-то это — аллегория, для главного же героя — суровая реальность. При этом результаты мы ощущаем на себе: действительно, за 15 лет XXI века новые «боги» укрепились настолько, насколько это возможно.

Марк Твен, «Рассказы». Марк Твен — самый лучший «тролль» и журналист. Его рассказы — это примеры незамутнённого редакторского юмора, приправленные богатым жизненным опытом автора.

Сходу могу порекомендовать: «Любознательная Бесси», «Как меня выбирали в губернаторы», «Христианская наука», «Рассказ незнакомца» и пр.. ВАЖНО: не читать Тома Сойера.

Библия. Я — твой Бог, и да не будет у тебя других богов пред лицем Моим.

Стивен Строгац, «Удовольствие от х». О том, как действительно надо преподавать математику.

Джоан Роулинг, «Гарри Поттер». Must read. Всё мы любим немного волшебства. Джоан Роулинг, может, и не великий писатель, зато она придумала удивительный мир, мир, по которому, наверное, написано больше фанфиков, чем по Warhammer.

Пока не осилил

Прочитал 50-60 страниц «Бесов» Достоевского. Пока не осилил. Крайне занудно.

Из последних

Филип Джордж Зимбардо, «Эффект Люцифера». Рекомендую к прочтению, книга крайне интересная. Основная мысль книги: наши решения зависят от ситуации, в которой мы находимся. В определённой ситуации каждый может себя повести, как последний *****. Автор книги — это учёный, проводивший знаменитый Стэндфордский тюремный эксперимент, в котором две группы абсолютно обычных людей разделили на заключённых и надзирателей. На основе анализа этого эксперимента и ряда других событий автор делает очень интересные и местами пугающие утверждения.


Алиса Загрядская
автор Newtonew

О главных книгах

Из книг, которые я вспоминаю до сих пор, могу назвать «Толстую тетрадь» Аготы Кристоф (не путать с Агатой Кристи), швейцарской писательницы родом из Венгрии. Это книга-мираж, книга-ловушка. Нельзя быть до конца уверенным, от чьего лица ведётся повествование и сколько в ней главных героев. Меня восхитил язык «Толстой тетради» — холодный, препарирующий и безжалостный.

По той же причине люблю Айн Рэнд и Габриэль Витткоп. У меня слабость к ледяным женщинам с чеканным слогом. К тому же, всех их объединяет определённая постницшеанская рефлексия, а это мне близко.

Недавно узнала, что по «Толстой тетради» есть фильм Яноша Саса, но пока не знаю, хочу ли его смотреть.

О сложной книге

В 10-м классе я прочитала «Улисса», потому что кто-то мне сказал, что это круто. Возможно, глотать эту наживку не стоило: потратив на книгу несколько недель, я не открывала её 13 лет, и сомневаюсь, что когда-нибудь это снова случится. Хотя я до сих пор помню первую строчку романа и самое последнее слово («Да»).

Если в пятнадцать вам приспичило почитать Джойса, беритесь лучше за «Портрет художника в юности». Очень человечное произведение — что называется, не утратившее актуальности до сих пор.

Люблю романы взросления такого типа — «Душевные смуты воспитанника Тёрлеса» Роберта Музиля, «Детство хозяина» Сартра.

Об искренности

Так получилось, что самые яркие, глубокие и эмоциональные впечатления от художественной литературы я получила в школьные и ранние университетские годы. Может быть, дело в том, что именно тогда я прочитала многие «главные» книги (ну, вы знаете все эти перепосты «книг, которые должен прочитать каждый» — в моей «безинтернетной» юности таких списков не было, но мы справлялись сами). Или, может быть (и это более печальный вариант), со временем наши художественные рецепторы грубеют, а первые разы заканчиваются, и получать яркие непосредственные переживания делается сложнее.

Когда ты подросток, тебе хочется казаться старше, хочется всего сложного, жуткого. Однако, чем старше я становлюсь, тем больше прелести вижу в наивном, лёгком и простом (но вовсе не глупом) искусстве, которое можно отнести к new sincerity, «новой искренности». Например, сейчас Достоевскому я скорее предпочту книги о Муми-троллях.

Последняя книга

Последнее, что я прочитала — серию графических романов «Сага о лесных всадниках» Ричарда и Венди Пини. В 90-е годы в России их выпускало издательство «Махаон». Похоже, издатели, продавцы книг и родители отчего-то думали, что комиксы — это по умолчанию картинки для детей, и не особенно интересовались тем, что скрывалось под обложкой. А там была полноценная фэнтези-эпопея — со страшными сценами, лёгкой эротикой и философскими размышлениями персонажей. Это повлияло на меня исключительно положительно.

 

Источник: labirint.ru

Взрослые темы в этих комиксах подавались деликатнее, чем во многих произведениях русской классики, которую мне вскоре предстояло читать в школе.

Тогда на русском языке вышло только пять книг серии. Однако в этом году я нашла остальные тома в интернете и прочитала залпом весь архив. Какое это было блаженство, будто через двадцать лет встречаешь старых друзей.

Рекомендации

Советовать художественную литературу — дело, на мой взгляд, неблагодарное. Но я могу порекомендовать всякому почитать о работе мозга — например, книги нидерландского учёного Дика Свааба или исследование Криса Фрита «Мозг и душа. Как нервная деятельность создаёт наш внутренний мир». Если сходу подступиться к нейробиологии трудно, начните с работы Аси Казанцевой «Кто бы мог подумать! Как мозг заставляет нас делать глупости». 

Книги о мозге могут оказаться довольно жутким чтением: понимаешь, насколько сложно и, в то же время, отчаянно просто устроен человек, чьи мысли, чувства, мечты и сны обусловлены обменом веществ коры.

Осознать себя биохимической мясной машиной — довольно интересный опыт. Возможно, понимая, что личность — всего лишь бутерброд из химических веществ и социальных конструктов, придётся пройти стадии от бунта до смирения. Тем не менее, результатом может оказаться ваше собственное, уникальное объяснение того, кто вы, собственно, такой.

В оформлении статьи использована фотография Cory Doctorow

Нашли опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter.
14 октября 2016, 20:00

Оставайтесь в курсе


У вас есть интересная новость или материал из сферы образования или популярной науки?
Расскажите нам!
Присылайте материалы на hello@newtonew.com
--