Как адаптируются дети мигрантов в России: исследование ВШЭ
12+
  вернуться Время чтения: 3 минуты   |   Комментариев: 1
Сохранить

Как адаптируются дети мигрантов в России: исследование ВШЭ

Слабые школы с разнородным контингентом учеников на поверку оказываются более дружелюбной средой для детей мигрантов, чем школы с высокой успеваемостью.

Высшая школа экономики опубликовала результаты исследования, прошедшего среди учеников и педагогов Москвы и Подмосковья и посвящённого трудностям с адаптацией, которые есть у детей мигрантов в местных школах. 

Выводы исследователей достаточно оптимистичны: пускай мигранты и сталкиваются с ксенофобией и сами стремятся демонстрировать своё этническое происхождение, в целом у них складываются нейтральные отношения с остальными сверстниками.

Однако сложностей тоже немало, и начинаются они даже не в самой школе, а при попытке найти её для иностранного ребёнка:

  • для записи в школу родителям нужна регистрация на сайте госуслуг, хотя некоторые семьи мигрантов вынуждены пользоваться фиктивными документами;

  • порою руководство школы отказывается принять ученика-мигранта из-за переполненности классов, и дети могут пойти только в то учреждение, где есть места;

  • бывают случаи, когда из-за разницы в учебных программах детей мигрантов определяют в классы не по возрасту.

Спальные районы Москвы — лучшее место для адаптации подростка!
(источник: pikabu.ru)
Важнейшим препятствием для детей мигрантов, пошедших в российские школы, является язык.

Сейчас в подмосковных школах становится больше учеников, переехавших в страну в возрасте от семи лет, то есть резко попавших в иноязычную среду.

Начало обучения становится для таких детей настоящим испытанием, этот сложный период может длиться от нескольких месяцев до года, многое зависит от тех усилий, которые предпринимает школа, чтобы в этой ситуации помочь.

 

«Ассимиляция таких детей шла бы быстрее, если бы в школах были программы обучения русскому как иностранному. Учителям пригодились бы курсы подготовки к работе с многоэтничными классами. Пока же интеграция детей мигрантов находится на периферии общественного внимания, хотя ясно, что одним школьным курсом «Основ религиозных культур и светской этики» и дежурными фразами о толерантности, произнесенными на классном часе, не обойтись», — констатируют авторы исследования.

С бытовой ксенофобией, признаются дети, они сталкиваются довольно часто. Причём в младших классах ученики почти не замечают этнических различий, и оскорблений на национальной почве появляются позже. Как правило, это воспроизведение установок родителей.

Впрочем, есть и другие отягощающие факторы: негативные представления о мигрантах может транслировать и сам учитель, также это продолжает встречаться в СМИ.

Читайте также:

logo_imageРастворимая школа

Сами приезжие реагируют на эту ситуацию с помощью перформативной этничности: дети демонстративно ведут себя иначе, самый классический пример здесь — исполнение лезгинки кавказскими учениками. Важно понимать, что это не просто способ показать свою инаковость или «крутизну», это символическое маркирование пространства — реакция на кавказофобию, присутствующую в образовательной среде.

В конце концов, заключают исследователи, у детей мигрантов высокие шансы влиться в коллектив и адаптироваться в нём. По их оценке, в школах Москвы и Подмосковья нет крупных этнических групп — состав мигрантов слишком разнороден, так что детей скорее объединяет русский язык и общий коллектив. Можно утверждать, что школьная среда в целом мигрантов не отвергает:

 

«Фокус-группы с местными детьми и иностранцами показали, что, даже если между ними и не существует особой дружбы, то, в основном, «складывается нейтральное отношение к сверстнику как к «своему, к однокласснику». Дети мигрантов часто не входят в какие-то другие сообщества, кроме школьного, поэтому они практически полностью вливаются в коллектив, интегрируются», — указывают авторы исследования.

Нашли опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter.

статьи по теме

Знают ли подростки о том, что поиск — это не только «погуглить»?

Найдём ли мы в школе череп дохлой крысы?

Школьная форма: будет ли консенсус?