Чудо музыкального восхождения
  вернуться Время чтения: 10 минут   |   Комментариев нет
Сохранить

Чудо музыкального восхождения

Сквозь боль, ужас, ноющие пальцы и сломанный об колено смычок: есть ли хоть какой-нибудь смысл в многолетних страданиях обучения музыке?

Эти размышления были написаны как отклик на дискуссионный материал Дамира Бикчурина «Я — студент педвуза, и мне есть что сказать».

Музыкалка: начало

И мне тоже есть что сказать, потому что я учусь в магистратуре педагогического университета, а также более тридцати лет преподаю фортепиано и веду курс «Слушание музыки» в школе искусств. Как работают учителя ДМШ и ДШИ в наше удивительное время? Что в системе музыкального образования осталось традиционным, а что поменялось кардинально?

ДМШ — это детская музыкальная школа, а ДШИ — детская школа искусств. Разница между ними небольшая, и связана она с количеством отделений и набором изучаемых предметов.

ДШИ — вариант расширенный: к музыкальному отделению добавляются хореографическое, художественное, театральное, а случается, и цирковое, если есть оборудование и специальные классы. В некоторых школах преподают даже журналистику. Дополнительные программы позволяют учиться игре на синтезаторе или ложках, заниматься эстрадным вокалом — всё зависит от специальности и квалификации педагогов, работающих в школе.

Неизменно одно: индивидуальные занятия как древнейшая в истории педагогики — наиболее эффективная, но и самая затратная форма организации обучения. Её несомненные плюсы: учитель во время урока отдаёт ученику всё своё внимание, подстраивается под темп его работы, составляет индивидуальный план произведений для работы, учитывает психофизику ученика, его семейные обстоятельства и прочие факторы, которые могут повлиять на учебный процесс.

В качестве минуса индивидуальных занятий, как правило, отмечают отсутствие общения с другими детьми, однако этот минус компенсируется на других уроках — ансамблевых, хоровых, оркестровых.

Кадр из фильма «Одержимость».

Источник: IMDb

Школьных классов в их привычном, общеобразовательном понимании в музыкальной школе нет. Есть класс преподавателя имярек, а в нём — учащиеся, от первоклассника до выпускника. Музыкальный наставник для них — самый главный человек. Учитель, преподаватель, теоретик, критик, музыкант-исполнитель, гуру, друг, тьютор, воспитатель, толкователь, классный руководитель, имиджмейкер, организатор концертов, менеджер, консультант, импресарио...

Случается, что учитель и ученик в таком тандеме настолько проникаются смыслом совместной деятельности, что продолжают общаться в течение многих лет после выпуска. Выпускники моего класса традиционно приходят на вечера встреч и рассказывают о себе. Однажды эти рассказы я обобщила, и они превратились в литературное эссе.

Эссе «Воздух»

Удивительно — разве нет? — что классическую музыку считают сложной. Особенно трудными для восприятия кажутся полифонические произведения немецкого композитора Иоганна Себастьяна Баха. Их, по всеобщему мнению, невозможно воспринимать без подготовки.

Сначала нужно обязательно учиться в музыкальной школе, чтобы, играя гаммы, убедиться: ничего в музыке красивого нет!

Ещё по этой теме:

Тоска, а не музыка

Есть обидные замечания учительницы, есть твои слёзы и окрики родителей, есть осознание, что тебя унижают, заставляя делать то, что в принципе кому-то нравиться не может. Открыть крышку рояля — и то сложно. Она такая скользкая и одновременно тяжёлая, что может легко сорваться и ударить тебя по пальцам. И ты плачешь сначала от боли, а потом от обиды, а потом специально, чтобы не заставили снова сесть заниматься.

Если ты справился со слезами и ненавистной крышкой, то нет большей радости, чем сжать кулачки и со всей силы начать колотить по клавишам. Пусть им тоже станет больно, пусть они почувствуют, что ты не железный и что никогда-никогда не будешь их нажимать так, как требует учительница — подушечками!

 

Источник: IMDb

А как сложно учиться играть на скрипке! У неё нет, как у гитары, точно обозначенных ладов. Чуть-чуть сдвинул палец на струне — и всё, учительница сразу замечает: «Это фальшиво! Разве ты не слышишь?» И родители дома возмущаются: «Прекрати так пилить! Ты уже достал!» И тогда можно взять смычок и переломить о колено! И то, что две минуты назад ты так старательно натирал жёлтым леденцом-канифолью и чем безуспешно добивался от струны внятного ответа, становится похожим на пучок седых волос, безжалостно вырванных у злого волшебника из бороды.

После этого ты начинаешь реветь в голос, и домашние сбегаются в комнату и начинают допытываться, как такое могло случиться.

И начинают звонить учительнице, предупреждать, что ты не сможешь прийти на урок, потому что на смычок случайно наступила ваша собака, а потом его, как назло, перегрызла ваша кошка. И наконец все успокаиваются, узнав, что в классе всегда есть запасной смычок, а ты с трудом сдерживаешь слёзы, потому что завтра пытка музыкой будет продолжаться.

Прошло пять лет, а ты не бросил ненавистную музыкалку, из-за которой не успевал выучить химию и подготовиться как следует к контрольной по русскому. Случалось, что на уроках музыкальной литературы ты почти вслух вместе со всеми осмеивал арию Ленского и за спиной учителя карикатурно изображал страсть, повторяя за смешным тенором Козловского: «Я люблю вас, я люблю вас, Ольга!» И буквально давился от смеха. Да, это был ты, тот самый мальчик, который ненавидел сольфеджио больше, чем физкультуру на лыжах. Тот самый, который не мог рта раскрыть на хоре, потому что стеснялся своего ломающегося полумальчишеского, полумужского голоса.

А потом случилось так, что тебе понравилась она. Из всех — ярких и манящих — ты выбрал именно её. Задумчивую и тихую, без косметики, с пышными вьющимися волосами, заплетёнными в косу. И стал завоёвывать, каким-то шестым чувством понимая, как нужно общаться с такими девушками.

Ты внезапно решил, что ей понравится, если вы пойдёте не в ночной клуб, а на концерт классической музыки, и ничуть не удивился, увидев у неё дома гитару.
 

Источник: IMDb

И это озарение твоё было пронзительным и в то же время простым. Простым, как воздух, которым ты дышишь. Простым, как ария Иоганна Себастьяна Баха из «Сюиты № 3», когда слушаешь её, закрывая глаза и представляя, как спокойно идёшь по траве, а день не очень жаркий — ведь ещё только начало июня, и солнце иногда закрывают облака, но ты точно знаешь, что дождя не будет...

Сплошная теория

Человеку, далёкому от музыкального искусства, музыкальной педагогики, наверное, трудно поверить, что несмотря на иррациональность, свойственную любой творческой деятельности, процесс необходимо организовать и структурировать. Например, когда речь идёт о форме того или иного произведения, педагог непременно сделает подробный его разбор.

В теоретическом цикле даже есть такой предмет — «Анализ музыкальных форм».

В разговоре о жанрах музыковед обязательно отметит: современное музыкознание не имеет сложившейся теории жанров. Но в настоящее время применяется принцип «обобщения через жанр», выдвинутый советским музыковедом Арнольдом Альшвангом. Чтобы представить всё обширное поле европейской музыкальной культуры как систему жанров, в качестве наиболее разумного используется функциональный подход.

Сравнивая и анализируя, отслеживая эволюционный процесс развития жанров в истории человеческой культуры, мы можем сделать прогноз по одной из явных тенденций: если в XIX-XX веках синтетические жанры были замкнуты на музыкальное искусство (вальс-каприс, вальс-фантазия, фантазия-экспромт и другие) или располагались на границе разных видов искусства (музыки и литературы, живописи, скульптуры, архитектуры), то в новом тысячелетии развитие жанров получает мощный импульс благодаря достижениям науки и техники. Именно поэтому (а вовсе не из-за падения нравов и ухудшения вкусов) наши современники тяготеют к кино-, теле- и радиомузыке, к новым видам звучания с использованием разнообразной аппаратуры вместо традиционных инструментов.

Откликается ли на такие изменения музыкальная школа? Безусловно!

Кроме уроков фортепиано я веду курс «Слушание музыки» у 1-3 классов. Включённый в обязательную программу с 2013 года, он позволяет мне как педагогу стать инноватором, искать и пробовать новые формы и подходы к обучению. Традиционный урок уступает место интерактивному. Его содержанием становятся игра, пение, движение под музыку, включая имитацию дирижирования и игры на музыкальных инструментах.

Мы знакомимся с разными устройствами и приборами (музыкальной шкатулкой, метрономом, камертоном и другими), читаем, слушаем и смотрим материалы о музыке, рисуем и создаём мини-презентации, много говорим на темы, предложенные как учителем, так и учениками.

 

Источник: IMDb

Почему папа не должен после работы читать газету?

Впрочем, от теории к практике. Как происходит на уроке специальности процесс работы над произведением? Каким образом удаётся педагогу донести до воспитанника неуловимый звуковой образ с включением нужной нюансировки, с верно найденными интонациями, с тонкой фразировкой и притом технически безупречный?

Курьёзный пример: на вопрос педагога, какую картину рисует воображение ученика, когда он слушает первую часть «Лунной сонаты» Людвига ван Бетховена, тот ответил: «Представляю, как папа пришёл с работы и читает газету».

Как решить проблему приземлённо-субъективного взгляда школьника на абстрактное музыкальное искусство? Да и стоит ли становиться оппонентом ребёнку, не слишком искушённому в вопросах истории музыки?

Разбор любого произведения начинается с всестороннего рассмотрения всех элементов, сформировавших стиль композитора: я говорю о времени и условиях, в которых он жил и творил, о его культурном окружении и культурно-исторических предпосылках появления данной формы, влиянии других исполнительских школ, общественно-политической ситуации в стране или мире на тот момент; наконец, о личных привязанностях композитора.

 

 

Специфика музыкальной педагогики такова, что от учителя требуется умение увлекаться, поднимаясь над обыденностью, чтобы увлечь за собой своего Маленького принца. Не использовать примитивную расшифровку нотного текста, а постоянно, шаг за шагом, развивать в ребёнке одно из удивительных эстетических чувств — синестезию — особую способность человека к межсенсорному восприятию. И даже если непроизвольные ассоциации и ощущения поначалу будут отвлекать, впоследствии у воспитанника появятся дополнительные механизмы запоминания.

Шотландский психолог Джулия Симнер вместе с коллегами провела эксперимент.

Она попросила смешанную группу, состоящую из синестетиков и обычных людей, вспомнить даты ряда известных событий за 1950–2008 годы. Синестетики называли даты точнее, что объясняется более широким спектром доступных им ассоциаций.

Умение строить ассоциативные ряды помогает человеку находить альтернативные решения, двигаться по жизни с интересом и не зацикливаться на чём-то одном. Это, скажем, дополнительная опция, которую получает выпускник музыкальной школы. Одна из многих.

В оформлении материала использованы кадры из фильма «Одержимость» (Whiplash, 2014, режиссёр — Дэмьен Шазелл)

Нашли опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter.

статьи по теме

«Мы и музыка»: почему эффект Моцарта не работает

Тоска, а не музыка

Нестандартная современная музыка для экспериментаторов