Интернет: тотальная свобода или повсеместный контроль?
  вернуться Время чтения: 13 минут   |   Комментариев нет
Сохранить

Интернет: тотальная свобода или повсеместный контроль?

С кем и как бороться в эпоху электронных медиа, и стоит ли эта борьба отрубленного хвоста гражданских свобод.

На днях была опубликована подписанная президентом Стратегия развития информационного общества в РФ на 2017–2030 годы. Упоминаемые в этом программном документе слова «духовность», «национальные ценности» и некоторые другие широко трактуемые термины подняли волну обсуждений в социальных сетях. Вскоре после этого (мы не проводим никаких связей между случившимся) мир накрыла другая волна — вирусной атаки, см. хэштег #WanaCry.

(источник: anomali.com)

Эти события в очередной раз подстегнули старую дискуссию о социальных сетях, их развитии и влиянии на общество.

Такие споры всегда проходят на совершенно различных уровнях, от академических до бытовых и политических. Зачастую противостоящие стороны абсолютно не способны услышать друг друга, уходя в максимализм полного приятия или абсолютного отрицания.

Ребёнок, желающий весь день играть на планшете, не готов принять позицию матери, стремящейся его ограничить.

Игра может быть обучающей и крайне полезной, а мать может руководствоваться соображениями здоровья и гармоничного развития, но точек пересечения у сторон будет мало. Переходя в классическое столкновение «Отцы и дети», конфликт набирает максимум взрывной энергии.

Дальнейшее движение из бытовой в общественно-политическую область приводит к формулировке новых теорий заговоров. Во главу угла ставится мифическая злая воля, способная причинить вред человечеству или конкретному государству, используя новый инструментарий бездуховности.

#бездуховность
(источник: wikimedia.org)

Спорить с такими доводами — занятие утомительное и лишённое перспектив. Можно лишь указать, что в последние несколько лет сама дискуссия перешла в цифровое поле. Пчелы нашего муравейника категорически выступают против мёда.

А что будет дальше?

Эксперты хранят спокойствие

В рамках глобального исследования, научная группа Pew Research Center совместно с Университетом Элон Северной Каролины проинтервьюировала более полутора тысяч специалистов в области технологий, медиа, государственного и корпоративного управления о перспективных угрозах социальных сетей. Был сформулирован вопрос:

Станут ли социальные сети жертвой негативного влияния агрессии, межнациональных распрей, религиозных и половых предрассудков?

Более 42% респондентов отметили, что не ожидают значительных изменений по сравнению с текущей ситуацией. 39% склонны считать, что влияние негативных факторов усилится. И лишь незначительное число опрошенных верят в позитивные общественные тенденции развития коммуникаций в сети.

Люди есть люди, их мнения, привычки, чаяния всего лишь отражаются в интернете, общая температура по больнице остаётся практически неизменной, другое дело, что анамнез теперь доступен всем желающим и в любых формах, и он, на определённом этапе концентрации, уже способен к формированию новых идей, побуждению к новым действиям.

Любопытно, что позитива ждут лишь в контексте патронажа общения, иными словами, повсеместной цензуры. Грёза о Старшем Брате не лишена шарма.

Образ Старшего Брата популярен в массовой культуре, но, по сути, каждый наделяет его разными свойствами.
(источник: wikimedia)

Анонимность, которая была одним из столпов общения в сети на начальных этапах её становления, больше не рассматривается как положительный аспект — таков общемировой тренд.

Негативные факторы ближайшей декады развития сетевого общения

Троллинг

Это агрессивное поведение в сети, иррациональная стратегия, направленная на провоцирование эмоциональной реакции собеседника. Каковы психологические мотивы троллинга — предмет отдельного исследования. Факт заключается в том, что этот способ поведения становится всё более распространенным: он и «в офлайне» присущ человеческой природе, но в условиях анонимного сетевого общения соблазн становится практически непреодолимым. Саморегулирование в этой ситуации не действует, ведь троллинг импонирует не только участникам беседы, он стимулирует интерес пассивной аудитории, пускай лишь на начальном этапе.

Манипулирование электоральным процессом

Эта тема даже не горяча, она перегрета. Речь идёт о применении ботнетов (сетей фальшивых аккаунтов в социальных сетях, действующих в чьих-либо интересах) и прямом криминале, связанном со взломом корпоративных и правительственных сетей, дискредитацией почтовых сервисов и так далее.

По мнению традиционных медиа, такого рода тактика может в буквальном смысле творить президентов. Это во многом преувеличение, ведь речь идёт не о прямом использовании социальных сетей, но об игре вне правового поля.

Влияние социологических опросов на результаты выборов — вещь изученная и, казалось, понятная, но последние выборы в США как раз иллюстрируют тот факт, что опросы и навязываемое через сеть «мнение большинства» вовсе не гарантируют успеха.

Победа Дональда Трампа произошла не благодаря, но вопреки развитию событий в цифровом мире, прогнозам интернета и мнению авторитетных сообществ. Это значит, что рост вовлечённости людей в сетевые коммуникации ещё не достиг пороговых значений.

В противном случае разрыв ожиданий и реальности не был бы столь разительным.

Разжигание межнациональной и религиозной ненависти

В мире, где свобода слова считается едва ли не основным правом человека, само это понятие требует дополнительной трактовки. Как и с оруэлловскими животными, которые равны между собой, но некоторые равнее, свобода слова означает лишь право на любые доводы в защиту принципов, допустимых к обсуждению в рамках правовых актов или общественного договора. Говорить свободно можно лишь о том, о чем «можно» говорить. Точнее формулировать не имеет смысла, понимание граней допустимого происходит на уровне воспитания и сгенерированных им культурных кодов.

Откровенная глупость, манипулирование фактами (Fake news), призывы к насилию недопустимы в «абсолютно свободных» медиа. Но это не значит, что пещерные или политически ангажированные мнения просто исчезнут из сознания людей, перестав появляться на страницах газет и в телевизионном эфире.

К вопросу о фейках. Летающие пингвины от BBC — милый пример первоапрельской шутки. Но можем ли мы быть уверены, что зрители этого ролика в соцсетях посмотрят затем ролик-разоблачение? Или они поверят в этот фейк?

Этот негатив по капле собирается в социальных сетях. Лежащие в основе их деятельности принципы минимума цензуры гарантируют право быть услышанными не только людям, мыслящим вне признаваемого общественной моралью контекста, но и целым организациям.

Обратите внимание: такая деятельность — есть благо и право меньшинства. Чрезвычайно важна возможность высказаться и услышать любые, даже нелепые в своей ортодоксальности или откровенно кретинические мнения.

Не бывает свободы лишь приятного слова — свобода или есть, или её нет. Ограничения не убьют несогласия, с этим справятся лишь образование и экономика всеобщего благоденствия, но даже они не гарантируют единомыслия. Вариативность — залог эволюционного движения.

Коммерциализация сети

Интернет и социальные сети — это не только территория мысли и творчества, это ещё и огромная техническая инфраструктура. Её поддержание и развитие требуют огромных финансовых затрат. В наши дни глобальная сеть способна не просто себя обеспечивать, но и привлекать колоссальные венчурные инвестиции, гарантируя процент прибыли, который и не снился традиционному бизнесу.

Век информационных технологий означает прямую конвертацию пространства информации в финансовые потоки. Основным ресурсом виртуальной сетевой реальности становятся данные (data).

Постиндустриальная экономика — это максимальная степень абстракции ценностей. Главный человеческий симулякр — деньги — теперь не привязан к металлу, банковским гарантиям или другому обеспечению. Это просто единицы и ноли.

Королева данных — таргетированная реклама, способная сделать конкретному пользователю максимально релевантное предложение, склонить его к покупке и обеспечить безопасную транзакцию, делая маркетинг искусством и превращая любые бизнес-планы в максимально ликвидные предприятия.

Реклама пронизывает всю сеть. Первым прорывом стала сама формулировка принципов контекстных показов на начальных этапах развития корпорации Google.

Торговцам теперь не нужно стучаться в вашу дверь. Главное — попасть в ваш браузер.
(источник: wovencommunities)

Сегодня основной тренд — нативная реклама, коммерческие данные, выдаваемые на общих информационных основаниях, в качестве совета, мнения или просто оторванного от купли-продажи рассказа, чья суть сводится к намёку пользователю о том, что для достижения счастья стоит проголосовать рублём за то или иное изделие или услугу.

Успешность сетевой рекламы напрямую связана с тем, каким объёмом персональной информации о потребителе владеют производитель и его рекламный отдел. Чем меньше приватности — тем больше денег.

Рост сегмента электронной коммерции столь стремителен и неостановим, что рано или поздно породит протестное движение, выходящее за рамки сети. Новый антиконсюмеризм уже оформляется в рамках общественных движений, в частности, в сфере отстаивания права на информацию, которое противопоставляется интересам владельцев авторских прав.

Писатели создают книги на пожертвования и потом распространяют бесплатно (Питер Уоттс), крупнейшие производители выкладывают техническую документацию на свои ноу-хау в сеть под открытой лицензией (Илон Маск). Но не за горами время, когда эта тенденция примет куда более агрессивные черты, процесс уже пошёл в Darknet (сегмент «серой» сети, гарантирующий полную анонимность пользователям и провайдерам услуг).

Лишённые традиционного финансирования, участники таких движений ищут прибыли вне закона (Silk Road и другие), а значит, представляют собой общественную опасность. И это не потенциальные угрозы, это вполне рабочие бизнес-модели, которые, в частности, уже привели к смене парадигм в такой преступной отрасли экономики, как торговля препаратами, запрещёнными к свободному обращению.

Другое направление — блокчейн, технология распределённого хранения и управления данными. Частично оно инкорпорируется в существующие межгосударственные практики управления и финансового обслуживания. Типичный пример — отдельные принципы организации электронного правительства (Эстония), части схем блокчейн сейчас реализуются в довольно закрытых странах, таких как Саудовская Аравия.

Однако основной инструмент, приковывающий внимание к блокчейн — это полностью закрытая финансовая система биткоин, контроль над которой невозможен по определению. В нашей стране биткоин пытались запретить на законодательном уровне, но сейчас наблюдается откат, который, среди прочего, связан с невозможностью не только администрирования, но и простейшего запрета распределённой сетевой технологии средствами привычного регулирования.

Вирусная атака, с разговора о которой мы начали этот материал — это криптовымогатель, который закрывает доступ к данным на персональном компьютере и готов открыть его вновь, если пользователь заплатит выкуп. Платить предлагается с помощью биткойна.

Контроль, учёт и фаервол на страже общественных интересов

Все эти вызовы более чем реальны, они тревожат не только общественное сознание, но и правительства национальных государств и союзов.

Ответные меры не отличаются многообразием, а главное — все они балансируют на срезе ограничения основных прав и свобод. К слову, право на доступ в сеть уже сегодня декларируется как неотъемлемая привилегия гражданина цивилизованной страны.

Итак, возможные способы контроля сети — это:

  • Тотальное модерирование сообществ;
  • Формулирование сетевого этикета в формате неукоснительно исполняемых правил общения и поведения;
  • Полная деанонимизация с введением универсального института личной репутации;
  • Строжайшее сегментирование сети.

Последнее является самой серьёзной угрозой философии свободы интернета, но без этого шага все остальные способы контроля будут малоэффективны.

На сегодняшний день существует несколько примеров создания моделей сегментированных сетей в рамках глобальной. Самые серьёзные успехи демонстрирует на этом поприще Китай.

Золотой щит — китайский фаервол, наиболее совершенная система цензуры из существующих на планете.

В Китае нет Google (в том числе и мобильных сервисов операционной системы Android), нет Facebook, зато есть свои подконтрольные аналоги. По такому же пути желает продвинуться и наше политическое руководство, это наглядно постулировано в Стратегии развития сети.

«Золотой щит» — это Великая Китайская Стена цифровой эпохи. Интересно, как будут охраняться в будущем объекты цифрового культурного наследия?
(источник: wikimedia)

Рунет велик, он меньше китайского сегмента, но вполне может выйти на самообеспечение. Есть сеть «ВКонтакте», выросшая как клон Facebook, есть своя поисковая система, сверхпопулярная почтовая служба и даже кириллические доменные имена.

Да, изоляция и создание пресловутой Чебурашки (национальной по форме и содержанию закрытой сети, функционирующей в строгом соответствии с идейными и моральными идеалами руководства страны под неусыпным контролем соответствующих органов) — процесс крайне дорогостоящий и вряд ли осуществимый на сегодняшнем уровне экономического развития.

Но идея дерзкая и амбициозная, идти к ней можно многие годы, главное — выбрать и согласовать направление. Пускай основная инфраструктура так и будет контролироваться из-за океана, правила игры в системе можно будет менять произвольно.

Реально ли сделать однозначный и осознанный выбор в схеме свобода VS безопасность?

Каждый может как минимум попытаться ответить на этот вопрос, если сама постановка проблемы кажется корректной. В любом случае, глобальная сеть — это ещё одна модель общества, так что однозначных рецептов «счастья для всех даром» в ней просто не существует, а решение задачи редуцирования влияния социальных сетей и электронных медиа на людей упирается в проблематику ограничения свободы слова и повсеместной цензуры.

Одна из самых серьёзных угроз общественным интересам от распространения и усиления влияния социальных сетей и электронных медиа — попытки остановить это распространение и ослабить влияние джаггернаутов эпохи цифры.

Примечательный факт: криптовымогатель, который мы упомянули, не был полностью создан злоумышленниками, система его распространения была почерпнута из выложенного в открытый доступ инструментария американского Агентства Национальной Безопасности. Она была создана в рамках организации, девиз которой — полная открытость данных пользователей для органов правопорядка для борьбы с проявлениями криминала и терроризма. Обнародовали эту систему люди, уверенные в недопустимости глобального контроля. А воспользовались ею обыкновенные мошенники.

 

Нашли опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter.

статьи по теме

Сладкий сон совести или ужас нравственного выбора?

Как убить урочную систему, не нарушая закон?

Люди и роботы: о чём стоит задуматься уже сегодня