Какого чёрта ты в шортах?
12+
  вернуться Время чтения: 11 минут   |   Комментариев нет
Сохранить

Какого чёрта ты в шортах?

Дмитрий Игнатов потерял ногу из-за военной травмы — во время дислокации на него упала ракетная установка. В госпитале он очнулся уже без ноги, но был уверен: все наладится. Сейчас Дима — самый известный киборг России, спортсмен и телеведущий.

image_image
Дмитрий Игнатов тренируется от 5 до 10 раз в неделю
(источник: )

Я часто отшучиваюсь, что на меня напал медведь или редкая медуза на съёмках документального фильма съела ногу, сам чудом уцелел. В действительности всё прозаичнее. В армии на меня свалилась ракетная установка С-300, которая оказалась неправильно установлена. Принцип простой: есть прицеп, к которому подъезжает машина и забирает установку, которая находится то в боевом, то в походном состоянии. В тот злополучный день она стояла неровно, я проходил мимо, а она завалилась набок. Все случилось настолько быстро, что я не успел среагировать. Казалось, что под установкой я лежал вечность (в реальности не больше 20 минут). После приехал кран, и освободил меня из-под установки. К сожалению, сознания я не терял, помню абсолютно всё, кроме момента самого падения. Помню как кричал, молился, помню, как мне закрывали глаза, чтобы не смотрел на ногу, держали меня за руку, пытались отвлечь внимание. Всё как в фильмах. Отключился я уже в больнице, без ноги. 

Первое, что увидел: лицо мамы, которая мне сказала «сейчас XXI век, мы сделаем тебе самый лучший в мире протез».

Сам я очень позитивный, и это мне невероятно помогло. Помню, как в палату пришла девушка-психолог. Она начала задавать вопросы и внесла заключение: «психолог нужен мне, не ему». Но были, конечно, и неприятные моменты, страх. Однажды в больнице мне приснились фашисты, перестрелка, я даже описался во сне. Было очень стыдно. Но под такими препаратами, как я был, это нормально. 

В госпитале я практически сразу попросил отца принести гантели, очень хотел заниматься, ведь я всегда любил спорт. И, по сути, моя жизнь после травмы не сильно изменилась: я был активным человеком и им же остаюсь. Разве что у меня теперь больше друзей-инвалидов. 


Существуют социальные моменты, связанные с восприятием людей. Скажем, ты стоишь в больнице или в каком-то учреждении, где у тебя есть право пройти без очереди, а тебя не хотят пропускать. Говоришь: «Я инвалид. Можно пройти без очереди?» Отвечают: «Нет, нельзя». Тогда говоришь: «Послушайте, я занимаюсь паралимпийским спортом. Вполне возможно, я буду скоро защищать нашу страну. Можно пройти?» Но оказывается, у нас некоторые люди вообще не знают, кто такие паралимпийцы. 

В Цюрихе на «Кибатлоне» я занял четвертое место. В России планирую участвовать в «Кибатлетике», проекте компании «Моторика», куда меня зовут ведущим, но я готовлюсь именно к соревнованиям. Сейчас готовлюсь к чемпионату России по плаванию. Люблю греблю, кроссфит, бег, плавание.

На момент травмы я считался военным, получил компенсацию от Минобороны, её хватило на первый взнос на квартиру в Мытищах, где я живу, и на часть моего первого протеза. 

Вообще говоря, в этой истории был ответственный человек, но он растил ребенка, так что мы в семье решили судиться не с человеком, а с министерством. Ногу за 3 миллиона я тоже получил «от государства». Но я воспринимаю это не как подарок, считаю, что свой протез я взял в аренду, я же, как и все, плачу налоги. Грустно думать, что деньги ушли на чиновничьи излишества, мне приятнее считать, что они пошли на доброе дело – ногу ампутанту. 

Но такую ногу, как мне, дают далеко не каждому. Чтобы получить её, надо доказать государству, что ты активный гражданин, не сидишь дома. Многие ведь получают протезы и не ходят на них. Ставят в углу дома, чтобы пылился. На самом деле без системы реабилитации не так просто привыкнуть к протезу. Даже я свой новый протез до сих пор осваиваю, хожу прихрамывая. 

В этом смысле правильная система в Исландии, где сначала человеку предлагают пробный механизм — простенький, но с датчиками, по которым можно отследить, как часто ты им пользуешься. Когда сдаёшь тестовый протез, есть два варианта: либо показатели на уровне, тогда тебе выдают дорогостоящий классный протез, либо ты им не пользуешься, и тогда к чему тебе протез за 5 млн? 

В России же существует только какой-то опросник, в котором легко можно соврать. В моем случае есть вариант заглянуть в соцсети, но в большинстве случаев этого, конечно, не сделаешь. Если не врать, то нужно выбивать. Это опять тема с желанием и хотением. Если просто сидишь дома, тебе не принесут протез, который ты хочешь. Нужно приложить усилия. 

image_image

Моя пенсия – 15 тысяч рублей в месяц. Можно ходить почти во все музеи бесплатно, ездить в транспорте по Москве. В Подмосковье дают только четыре места в каждом автобусе, так что я борюсь за них с другими льготниками. 

Также есть бонус при получении шенгенских виз, можно не платить консульский сбор. Это работает и с сопровождающими, приводишь друга и говоришь, что он твой сопровождающий, вжух, и вы с визами. 

Иногда бывает бесплатная парковка в торговых центрах. Хотя, как правило, все занято не-инвалидами. В метро тоже бывает по-разному. Я ведь имею полное право сидеть в вагоне. У меня нет ноги, есть удостоверение. Но здесь часто сталкиваешься с обвинениями, так что я либо стою, либо, если очень устал, применяю коронный трюк. 

На хамство и агрессию у меня есть секретный ход, особенно, когда после тяжелой тренировки я еду домой в трамвае или метро и на меня начинает кричать злобная «тетка»: в ответ на крики и причитания «молодой человек, постоять не хотите», я просто беру в руки протез и вращаю его на 360 градусов. Одни убегают в конец вагона, выходят, некоторые даже крестятся. Но большинству, конечно, становится стыдно. Поджимают губы, извиняются.

Моя нога умеет всё то же, что обычная. Нет никаких ограничений. Я могу бегать, ходить, играть в футбол. Удар у меня даже сильнее получается железной ногой. Недавно я даже освоил коньки. У моего протеза, как и у всех бионических, есть «мозги», которые считают темп ходьбы, скорость, в некоторых установлен GPS. Всего у меня три протеза, один за 2,5 миллиона, но он сломан, уже исчерпал ресурс; второй – беговой, с изогнутой стопой; третий – повседневный, его я использую чаще всего, но до сих пор привыкаю, хожу неровно, прихрамываю. Стараюсь работать над этим каждый день.

С протезами — как с гаджетами, каждый год выходит что-то новое. Нынешний мой протез, например, дольше держит заряд. К тому же он влагозащитный, я легко могу зайти с ним в душ, бассейн, даже в море. К слову, существуют протезы и дороже 3 миллионов. Такие единичные прототипы, которые умеют шевелить пальцами, которыми ты чувствуешь, гладкое это или шершавое, горячее или холодное. Я же своей киберногой не могу такого испытать. Но даже если я и куплю подобный протез, то не смогу пользоваться, потому что придется постоянно жить в стране изобретения, связываться с разработчиками. 

Вообще, надо понимать, что протез – это конструктор. Мой, например, состоит из трех частей. Главная – гильза. То, куда вставляется нога. Ее создают по слепку в Москве. Дальше идет коленный модуль. Он немецкий. Потом стопа – исландская. Но под свои задачи можешь менять эти части – брать их от разных компаний, главное, чтобы было удобно киборгу. Например, если дать мою коленку какой-нибудь бабушке, она не справится с протезом, просто не поймет, как им пользоваться, не сумеет распорядиться всей функциональностью.

Ролик Apple, в котором снялся Дмитрий Игнатов

Лично меня слово «инвалид» не задевает, в отличие от моей мамы. И всё-таки про людей с протезами правильнее говорить «киборги», люди дополненные. Любое изменение в человеке — киборгизация. 

Я считаю, что инвалиды — это те первые люди на планете, которые испытывают на себе новые гаджеты, чтобы обычные, здоровые люди жили полноценной жизнью в будущем.

При этом, конечно, невероятно печально, что в Москве даже пандусов толком нет. Единственный лифт в переходе, который работает — на Проспекте мира. Думаю, колясочники подтвердят, что с пандусами всё ужасно. Конечно, что-то в России для людей с ограниченными возможностями делается, только очень медленно. 

Летом ко мне не раз подходили с претензиями в духе «Какого чёрта ты в шортах?». 

Несколько раз, правда, случались веселые истории: люди пытались дать мне милостыню, просто так. Я тогда только учился ходить и был с костылем. На нём есть ведёрко, чтобы если руки заняты, можно было что-то положить. Пока я ходил с ним, мне трижды запихивали деньги. В метро парень даже обиделся, когда я не взял, назвав меня «зажравшимся». На моей родной станции Мытищи так вообще предлагали стоять и собирать милостыню. Зарплата фиксированная, 70 тысяч рублей в месяц. Они до сих пор подходят ко мне время от времени, спрашивают, не созрел ли я. 

image_image

Я уверен, что бояться не надо. Посмотрите, как живут инвалиды разных стран, берите пример или ждите лучших времен. Я уверен, что изначально себя нужно заставлять, потом это войдет в привычку. Нужно договариваться с собой, устанавливать личные рекорды. 

«Сегодня я вышел из дома, завтра дойду до магазина». Если ты колясочник и живешь на пятом этаже хрущевки без лифта, нужно окружить себя правильными людьми. Я уверен, что они есть. Нужно просто кому-то написать или попросить. Люди в космос летают и без двух ног на Эверест залезают, а тут пятый этаж. Просто мотивация требуется.

Меня мотивирует всё что угодно, собака моя. Книги, мама. Эмоции. А мама у меня замечательная. Я её очень люблю.

image_image

С чем ассоциируется слово инвалид — с попрошайкой, который мешает окружающим, просит деньги и распространяет заразу, или с аморфным ничего не делающим домоседом, который паразитирует на других, правильно? 

Я стараюсь объяснить, что это не так. Далеко не все инвалиды такие. Есть и активные, умные, интеллигентные ребята, которые хотят совершенствоваться, приносить пользу другим. К сожалению, очень многие в нашей стране не понимают этого. Я знаю множество случаев, когда друзья без рук или ног приходили в больницу, а врачи им говорили «Не пугай людей!». 

Особенно заметно это проявляется у старшего поколения, которое воспринимает человека по внешнему виду, насколько он правильный или неправильный, а отнюдь не по его по идеям и действиям. 

Молодёжь совсем другая. Мы выросли на других примерах. Помните «1+1», «Симпсонов», «Футураму», «Форреста Гампа», «Американского папашу»? Мы спокойно воспринимаем подобных людей. Поэтому сегодня инвалиды могут тусоваться в ночных клубах, это нормально. Правда, к сожалению, только в крупных городах. 

Прямо сейчас я мечтаю победить на чемпионате России по плаванию. В перспективе — переехать куда-то к морю, рыбу ловить, с собакой своей играть. У меня французский бульдог, это что-то невероятное! 

А ещё я думаю, что людям нужно быть немного добрее. На остановках, в очередях, в обычной жизни, не только на словах, нужно улыбаться, думать, не причинишь ли вред и боль, и только потом что-то говорить, и тогда наше общество изменится, тогда мы эволюционируем. 

 

Беседовала Ирина Тихонова.

Узнать больше о жизни киборгов можно в Instagram и в Telegram-канале.

Нашли опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter.

статьи по теме

Бремя белых: нерасказанная история не-Европы

Как дать бездомным кров и не разориться

Медицина будущего: отвечает BIOCAD